Феодосийская ЦБС

Мегаэнциклопедия Страны советов. Большой Советской энциклопедии - 100 лет

Epicfails — Mon, 23 Mar 2026 08:36:43 GMT

Мегаэнциклопедия Страны Советов.
Большой Советской энциклопедии - 100 лет

Большая советская — наиболее известная и полная советская универсальная энциклопедия. Выпускалась с 1926 года (первый том первого издания) по 1990 год (последний ежегодник) издательством «Советская энциклопедия» (ныне — издательство «Большая российская энциклопедия»).Выдержала три издания.

Среди изданий XX века, оставивших след в мировой культуре, лишь немногие могут соперничать с Большой советской энциклопедией (БСЭ) по амбициозности замысла, силе воздействия на общественное сознание и символическому весу. БСЭ представляла собой нечто большее, чем просто справочник; это был колоссальный проект, призванный материализовать идею о том, что социализм равен советской власти, повсеместной электрификации и всеобщей грамотности. Энциклопедия стала своеобразным памятником советской цивилизации, ее всеобъемлющей картой, официальным отражением и одновременно мощным средством формирования мировоззрения для миллионов.

Необходимость обзавестись собственной энциклопедией советская власть ощутила почти сразу. В июне 1919 г. на своем первом заседании коллегия в составе А. В. Луначарского, М. Н. Покровского, И. И. Скворцова-Степанова и В. В. Воровского заслушала доклад Н. Н. Батурина о том, что делать с седьмым изданием Энциклопедического словаря издательства «Гранат».

Справочная информация: Энциклопедический словарь братьев Гранат издавался с 1892 года, пережил революцию и продолжал переиздаваться, когда никакой компании братьев Гранат не было, и уже издавалась «Большая советская энциклопедия» (БСЭ). Но «Энциклопедия “Гранат”» имела революционные заслуги перед партией большевиков: в числе ее авторов был сам товарищ Ленин. Она переиздавалась и при НЭПе, и в годы пятилеток. И росла в объеме: в ее последнем, восьмом издании 1948 года было уже 58 томов.

Члены коллегии отметили две проблемы. Первая — политическая. Коллегия решила создать комиссию по пересмотру готовых статей словаря братьев Гранат и поставила вопрос о руководстве будущей работой издательства. Вторая проблема относилась к типографской базе. Коллегия рекомендовала издать словарь в России тиражом всего 15000 экземпляров, но рассмотрела возможность увеличения тиража за границей.

В 1923 году в ГОСИЗДАТе, по инициативе академика Отто Юльевича Шмидта, который тогда возглавлял редколлегию, возникла идея создания «Большой Советской Энциклопедии».

Справочная информация: Шмидт Отто Юльевич (1891-1956) - профессор математики Московского государственного университета, геофизик, астроном, полярный исследователь, географ, путешественник и создателя «русской Арктики».

К проекту присоединились историк М. Покровский, критик и публицист Н. Мещериков, поэт В. Брюсов и профессор В. Коган. Вместе они разработали план и определили формат издания. 17 апреля 1924 года Политбюро утвердило выпуск энциклопедии, и главным редактором был назначен О. Ю. Шмидт. В группу по изданию БСЭ также вошли историк М. Покровский, критик и публицист Н. Мещериков, поэт В. Брюсов, профессор В. Коган и другие.

Вслед за одобрением руководством страны предложения О. Ю. Шмидта встал вопрос о финансировании издания. Госиздат затруднялся финансировать издание, из-за чего предлагалось воспользоваться предложением общества «Международная книга». Однако, по предложению президиума редакции БСЭ, изложенному в записке наркома Рабочей-крестьянской инспекции (РКИ) РСФСР В. В. Куйбышева в Политбюро ЦК РКП (б) от 31 января 1925 г., издание нужно было поручить «не одному издательству, а товариществу ряда издательств в виде специального акционерного общества «Большая Советская Энциклопедия»». При этом в связи с особым государственным значением предприятия предлагалось данное акционерное общество связать с Коммунистической академией при ЦИК СССР.

13 февраля 1925 года решением ЦК ВКП(б) и ЦИК СССР было учреждено Акционерное общество «Советская Энциклопедия» (которое позднее стало известно как Государственный научный институт «Советская энциклопедия»), перед которым поставили задачу создать

«памятник… великой революционной эпохи и опору для дальнейшего массового строительства, основанного на научных данных».

Энциклопедия была адресована читателю

«…с новыми запросами, с настойчивым желанием ориентироваться во всем многообразии современности, систематизировать свои знания, закрепить революционно-марксистское мировоззрение, познакомиться с последними данными науки».

Дом 8 по Покровскому бульвару в Москве — здание, где размещалось издательство «Советская энциклопедия» и главная редакция БСЭ. Источник: https://www.nashteatr.com/2025/02/12/100-let-izdatelstvu-sovetskaja-jenciklopedija/

В процессе масштабной работы редакции была подготовлена брошюра «К XIV съезду РКП(б) о Большой Советской Энциклопедии» с обоснованием необходимости подобного издания, его целей, задач и мировоззрения, а также представлены образцы отдельных статей.

Из брошюры «К XIX съезду РКП(б) о Большой Советской Энциклопедии».
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 34. Д. 72. Л. 17, 19, 19об., 34.

Уже в первые годы своего издания Большая советская энциклопедия достигла значительного успеха. На начало года энциклопедия имела свыше 50 тыс. подписчиков при планируемом тираже в 40 тыс. экземпляров на том.

В 1926 году вышел первый том, а в 1947 году – 65-й, завершающий основной том. Ключевые решения, которые были связаны с Большой советской энциклопедией, принимались тогда на высшем партийном уровне.

Полное издание энциклопедии (65 томов и один дополнительный том, целиком посвящённый СССР) потребовало 21 год и было закончено лишь в 1947 году.

Этот масштабный проект реализовывался в условиях беспрецедентных трудностей: страна переживала разруху, затем период индустриализации, а после – Великую Отечественную войну. Тем не менее, издание шло с поразительной скоростью, и каждый том выходил тиражом в 50-100 тысяч экземпляров. Уже это первое издание стало настоящей сенсацией, убедительно доказав, что даже в самых суровых обстоятельствах молодая советская держава была способна на выдающиеся интеллектуальные достижения.

В общей сложности первое издание энциклопедии содержит 65 тысяч статей, 12 тысяч иллюстраций и свыше 1 тысячи карт. Для нее писали статьи и выступали научными руководителями, редакторами видные государственные деятели и научные работники. Среди них – А. В. Луначарский, А. Н. Коломогоров, П. И. Лебедев-Полянский, И. Э. Грабарь, В. А. Обручев, В. В. Куйбышев, К. Е. Ворошилов, Ф. А. Ротштейн, Г. М. Кржижановский и др.

Каждый том содержит в среднем 8—10 цветных географических карт и до 20 иллюстраций (частично цветных) на отдельных листах. Кроме вкладных листов широко применяются рисунки и карты в тексте. Большая часть иллюстраций была исполнена гравюрой на дереве известными советскими художниками. Для внешнего оформления томов использовались переплеты с золотым тиснением и полукожаные корешки. Тираж каждого тома составил 50—80 тысяч экземпляров.

Познакомиться с первым изданием БСЭ можно на НЭБ: Большая Советская энциклопедия / гл. редактор О. Ю. Шмидт. -1926-1947

Второе издание БСЭ появилось в послевоенный период, когда страна переживала научно-технический подъем и «оттепель». Первое издание БСЭ уже не отражает ни крупнейших изменений, происшедших в жизни народов Советского Союза и зарубежных стран, ни современного уровня советской науки, техники и культуры. Значительная часть статей первого издания явно устарела. К тому же многие статьи содержат грубые теоретические и политические ошибки.
Первое издание страдало неполнотой словника и оставляло без разъяснения многие важные явления, понятия, термины.
Второе издание Большой Советской Энциклопедии призвано «широко осветить всемирно-исторические победы социализма в нашей стране, достижения СССР в области экономики, науки, культуры, искусства. С исчерпывающей полнотой следует показать превосходство социалистической культуры над культурой капиталистического мира. Опираясь на марксистско-ленинскую теорию, Энциклопедия должна дать партийную критику современных реакционных буржуазных течений в различных областях науки и техники» (из Постановления Совета Министров Союза ССР).

Второе издание Большой советской энциклопедии вышло в 50 томах (1949–1957), тиражом около 300 тысяч экземпляров. Его главным редактором был президент Академии наук СССР С.И. Вавилов, а после его смерти с 1951 г. – академик Б. А. Введенский. В 1958 г. увидел свет дополнительный 51-й том, а в 1960 г. был выпущен подробный алфавитный указатель к изданию. Количество слов (статей) увеличено с 65 тысяч до 100 тысяч. Значительно больший удельный вес в сравнении с прежним изданием займут статьи, освещающие историю и деятельность большевистской партии — вдохновителя и организатора всех побед советского народа, историю народов СССР, историю отечественной культуры, достижения союзных республик, освободительную борьбу трудящихся всего мира, современное состояние всех отраслей науки и техники. Значительное количество энциклопедических статей сопровождалось рекомендательной библиографией, в большинстве случаев на языке оригинала.

Это издание с его характерным темно-синим корешком и золотым тиснением стало символом советской интеллигенции. Энциклопедии стояли на полках в каждой библиотеке, в кабинетах директоров заводов и профессоров, в домах учителей и инженеров. Для многих она была окном в мир, главным и зачастую единственным источником достоверных знаний.

Познакомиться со вторым изданием БСЭ можно на НЭБ: Большая Советская Энциклопедия / гл. ред. С. И. Вавилов. - 1949-1960

Третье (последнее) издание БСЭ вышло под редакцией академика А. М. Прохорова Именно третья редакция стала самой обширной и не имеющей аналогов в мире по полноте данных. Тираж последних томов превысил 630 тыс. экземпляров.

Третье издание было подготовлено в соответствии с постановлением ЦК КПСС от 2 февраля 1967 года и было издано издательством «Советская энциклопедия» в период с 1969 по 1978 годы. Издание состояло из 31 книги в 30 томах (том 24 был издан в двух книгах — вторая, дополнительная, книга была посвящена СССР). Для 3-го издания БСЭ был создан новый шрифт — «Кудряшевская энциклопедическая гарнитура», — имеющий кегль 7. В 1981 году издание было дополнено алфавитным именным указателем, выпущенным тиражом 50 тысяч экземпляров. В подготовке издания участвовало около 10 тысяч специалистов. Многие консультанты издания — несколько сотен человек — имели учёные степени. Популяризация науки — один из главных руководящих принципов третьего издания.

Издание стало более современным и научным. Однако некоторые критики считали, что ему не хватает монументальности и стиля второго издания.

В общей сложности третье издание содержит 95 279 статей, 29 120 иллюстраций, 3701 портрет и 524 цветные карты. Цветные иллюстрации выполнялись в форме вклеек глубокой, высокой или офсетной печати. К тому 14 для статьи «Ленин Владимир Ильич» прилагалась гибкая грампластинка с записью его речей.

Значительное место в третьем издании БСЭ занимают статьи по марксистско-ленинской теории, сведения, свидетельствующие о всемирно-исторических успехах СССР. Большое внимание уделено опыту развития социалистических стран, международного коммунистического, рабочего и национально-освободительного движения, показано углубление кризиса мировой капиталистической системы.

В третье издание включены не только вновь возникшие понятия, но и новые направления наук, и новые науки. Например, космическая тематика, «Вычислительная техника», «Ядерная техника», «Бионика», «Системотехника», «Квантовая электроника» и многие другие, отражающие достижения советской и мировой науки.

В издании—более 20 тыс. биографических статей об исторических личностях, деятелях науки, литературы, искусства, выдающихся тружениках советского народного хозяйства.

Третье издание было переведено на английский язык и выпущено издательством «Macmillan Publishers» в США в 1973—1982 годах, издание включало 31 том и индексный том.

В Центральной городской библиотеке в фонде хранится третье издание БСЭ и доступно всем читателям библиотеки.

Все советские энциклопедии были строго идеологизированы как по подбору статей (словнику), так и по их содержанию, идеологической направленности и «чистоте». Статьи политического плана, относящиеся к системе общественных наук, были тщательнейшим образом «отредактированы», приведены в соответствие с «единственно правильной марксистско-ленинской идеологией».

«Государственное научное издательство „Большая Советская Энциклопедия“ рекомендует изъять из 5 тома БСЭ 21, 22, 23 и 24 страницы, а также портрет, вклеенный между 22 и 23 страницами, взамен которых Вам высылаются страницы с новым текстом». Источник: https://ru.ruwiki.ru/wiki/Большая_советская_энциклопедия?ysclid=mn32ghupht824863894

В 1954 году редакция Большой Советской Энциклопедии разослала всем своим подписчикам письмо, в котором рекомендовалось «ножницами или бритвенным лезвием» вырезать и портрет, и страницы, посвящённые Л. П. Берии, а вместо них вклеить другие (присланные в том же письме), содержащие другие статьи, начинающиеся на те же буквы.

При этом статьи по физике, географии, геологии, то есть не имеющие идеологической подоплеки, готовились выдающимися учеными, высококлассными специалистами и знатоками своего предмета. Неудивительно, что эти материалы характеризовались объективностью, высоким, если не сказать высочайшим, научным уровнем. Эти статьи, повторим, нередко не потеряли своего значения и ныне, несмотря на развитие соответствующих отраслей знаний. Более того, они иногда задавали направление дальнейшего развития науки.

До 1990 года включительно издательство «Советская энциклопедия» каждый год выпускало «Ежегодник Большой советской энциклопедии», где публиковались обновлённые данные к статьям БСЭ.

В 1991 году издательство «Советская энциклопедия» было переименовано в «Научное издательство «Большая российская энциклопедия», хотя энциклопедии с таким названием тогда ещё не существовало. Современная «Большая российская энциклопедия» была издана с 2004 по 2017 год в 35-ти томах.

Еще одно издание на книжных полках Центральной городской библиотеки - Новая Российская энциклопедия (НРЭ). Это фундаментальное универсальное справочно-энциклопедическое издание, выходящее в 2006-2018 годах, представляет читателям картину мира, отражающую современное состояние научного знания. В 12-ти томах энциклопедии - свыше 60 тыс. статей, в т. ч. около 30 тыс. биографий, более 10 тыс. иллюстраций, карт, диаграмм, схем и таблиц. 1-й том энциклопедии полностью посвящен России. В нем даны очерки, характеризующие все стороны жизни современной России и ее многовековой истории. Новая Российская энциклопедия - первое многотомное универсальное энциклопедическое издание ХХI века - ориентирована на широкие круги читателей: от школьников и студентов до специалистов по различным отраслям знания, деятелей культуры, политиков, предпринимателей.

История создания Большой Советской Энциклопедии чрезвычайно интересна и во многом уникальна. Анализ этого проекта открывает доступ к пониманию всей структуры советского способа освоения действительности. «Большая Советская Энциклопедия» не просто фиксировала представления, господствовавшие в ту эпоху, но и активно участвовала в формировании этих представлений. Ее создание подразумевало постоянное переосмысление накопленных знаний и целенаправленное распространение материалистического подхода во всех сферах науки. В этом свете можно утверждать, что работа над «Большой советской энциклопедией» представляла собой одно из наиболее значимых интеллектуальных начинаний советского государства.

Павел Иванович Голландский и его Крымская эпопея

Epicfails — Mon, 17 Nov 2025 11:40:47 GMT

Павел Иванович Голландский и его Крымская эпопея

Павел Иванович Голландский (1861–1939) – профессор архитектуры, художник, искусствовед, историк и археолог, реставратор, педагог, один из ярких представителей культуры Крыма 20-х – 30-х гг. XX столетия

Долгое время об этом человеке знал лишь узкий круг специалистов, да и то немногое. Между тем основные вехи жизни и разностороннюю деятельность П. И. Голландского, в особенности в Крыму, можно проследить по сохранившимся архивным материалам, что и сделала Элеонора Борисовна Петрова, доктор исторических наук, профессор кафедры истории древнего мира и средних веков исторического факультета Таврической академии Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского; автор и редактор книг по истории Крыма.

Петрова Э. Б. (д-р ист. наук) Павел Иванович Голландский и его крымская эпопея [биографический очерк] / Элеонора Петрова. — Феодосия, Симферополь : Коктебель, Н.Орiанда, 2013. — 116, [3] с. ил., цв. ил., портр.; 24. — (Палитра времени)

Эта книга - открытие имени замечательного мастера. Она посвящена жизни и творческой деятельности Павла Ивановича Голландского (1861-1939) . Основу издания составил биографический очерк, написанный Э. Б. Петровой. В иллюстративной части представлен впервые воспроизводимый альбом с рисунками П. И. Голландского, хранящийся в фондах Центрального музея Тавриды (Симферополь). В нем запечатлены виды Крыма и уникальные произведения крымского зодчества. Эти материалы имеют историческую, культурную и художественную ценность. Впервые публикуются работы Павла Голландского из фондов Алупкинского дворцово-паркового музея-заповедника, из семейного архива Голландских, а также чертежи и рисунки, созданные ученым для монографии, посвященной истории архитектурных форм, которая осталась незавершенной и неопубликованной.
Книга дополнена фотографиями из семейного архива Голландских.

Павел Иванович Голландский родился 14 (26) декабря 1861 года в Аксайской станице Донской области (ныне Ростовская обл.). История его рода восходит к временам Петра I, когда на службу в Россию приглашались моряки и кораблестроители из Голландии. Через сотню лет после этого Екатерина II предложила потомкам тех голландцев поменять свои сложные для произношения имена на русские. Многие согласились, кроме предка Павла Ивановича. «Пускай же остается голландским», решила императрица, и с ее легкой реки семья получила именно эту фамилию.

Выпускник Санкт-Петербургского института гражданских инженеров (1892 г.), П. И. Голландский преподавал рисование и черчение по архитектурным формам в Санкт-Петербургском институте путей сообщения, работал помощником главного архитектора в Управлении Балтийской железной дороги, участвовал в реставрации петербургских дворцов. Но переболев воспалением легких, по рекомендации врачей в 1898 г. он переезжает в Киев. С 1898 г. преподавал в Киевском политехническом институте, с 1910 г. – в должности профессора кафедры архитектуры.

В начале 1914 г. П.И. Голландский получает предложение – занять кафедру профессора по истории искусств древнего Востока в Киевском археологическом институте. Но успевает прочитать лишь несколько лекций. Начавшаяся Первая мировая война, а затем Гражданская война разрушают все его планы. В годы Гражданской войны Павел Иванович принимает решение покинуть занятый петлюровцами Киев и вернуться в родные края - в Новочеркасск; но из-за неурядиц на транспорте он случайно оказывается в Крыму, в Балаклаве.

В 58 лет, лишенный средств к существованию, попадает в чужой край. И только благодаря рекомендациям, полученным от нескольких знакомых по Киеву, устраивается на работу в Севастополе - в Славянское товарищество пароходства и торговли. Ему поручают сопровождать груз, перевозившийся на пароходе в Константинополь. И он получает возможность в течение двух месяцев изучать зодчество бывшей столицы Византийской империи, а заодно ближе узнать и турецкую архитектуру. Но когда стало известно, что Красная армия вступила в Крым, Павел Иванович Голландский на случайном пароходе возвращается в Севастополь и уже до конца жизни не покидает полуостров.

В 1920-1923 гг. П. И. Голландский работает научным сотрудником в Херсонесском музее. С устройством на работу ему помог директор музея Л. А. Моисеев. Жизнь была неустроенная, разразившийся в 1921-1922 гг. голод унес немало жизней, в том числе музейных работников. Но в эти годы в Севастополе Павел Иванович Голландский обретает семью. Его жена - Ольга Павловна Голландская (урожд. Пересыпкина). В 1923 г. у них родился сын Олег.

В 1923 году семья переезжает в Симферополь, с лета 1923 и до 1927 г. Голландский по приглашению Александра Ивановича Полканова работает в Центральном музее Тавриды одновременно в двух должностях: научного хранителя музея и заведующего художественным отделом (картинной галереей). Формирует музейные фонды, создает экспозиции, организовывает выставки, занимается ремонтом здания музея, бывшего до революции домом офицерского собрания 51-го Литовского полка (ныне здание Симферопольского художественного музея). В 1927 г. музей перебрался в здание бывшего Приюта для девочек графини Адлерберг (сейчас в нем располагается Крымский этнографический музей). Во время частых командировок А.И. Полканова П. И. Голландский исполняет обязанности директора музея.

Сотрудники Центрального музея Тавриды. В нижнем ряду в центре Павел Голландский. Фото 1927 г.
Источник:Петрова Э.Б. Павел Иванович Голландский и его крымская эпопея. - Феодосия: Издат. дом Коктебель; Симферополь: Н. Орiанда, 2013. - С. 18

В конце 1924 года П. И. Голландский был арестован Севастопольским ГПУ - по следственному делу № 218 по обвинению в "экономической и политической контрреволюции" работников Севастопольского ОХРИСа. Дело возникло по заявлению заместителя заведующего КрымОХРИСа Я. П. Бирзгала. Следствие длилось 28 месяцев. Дело разбиралось Главным судом Крымской АССР и было закрыто 25 октября 1926 г. из-за отсутствия состава преступления. Пока велось следствие по СевОХРИСу и по завершении этого дела П. И. Голландский по всему Крыму обследовал памятники архитектуры, составлял сметы на их ремонт и реставрацию, которые сопровождал чертежами с планами соответствующих построек, консультировал по проведению этих работ.

Перегруженность практической работой не помешала П. Голландскому заниматься научными исследованиями, писать руководства и инструкции по технической охране памятников старины, публиковать книги, статьи, учебные пособия и преподавать. Значительную часть жизни он посвятил педагогической деятельности, передавая свои знания и опыт молодому поколению. Одним из учебных заведений, в котором в должности приват-доцента работал П. И. Голландский, был Крымский государственный педагогический институт (ныне Крымский федеральный университет им. В. И. Вернадского). Здесь он читал лекции по этнографии народов Востока и изобразительному искусств в 1925–1927 гг.

Позже П. И. Голландский преподавал историю архитектуры в Крымском филиале Московского института инженеров коммунального строительства (ныне Московский институт коммунального хозяйства и строительства; его филиала в Крыму уже не существует), с 1938 г. занимал в нем должность заведующего учебной частью. Он также читал лекции и консультировал в Симферопольском строительном техникуме, на разных курсах, организовывавшихся для строителей.

В 1928 году Голландский назначается архитектором в Управление Крымконсервтреста, в частности, проектирует и руководит строительством рыбного консервного завода в Феодосии (здание не сохранилось).

В этнографо-археологической экспедиции 1925–1926 гг., проводившейся под руководством профессора И. Н. Бороздина, занимался археологическими разведками и раскопками в Старом Крыму, делал обмеры, планы, зарисовки караван-сарая, мечетей Бейбарса и Куршум-Джами, комплекса мечети Узбека и медресе. С 1931 по 1938 г. он работал в Крымгоспроекттресте, занимался реконструкцией старых построек, проектированием и строительством новых зданий в городах Крыма, ремонтом и реставрацией архитектурных памятников в Бахчисарае, Карасубазаре, Евпатории. Одновременно Павел Иванович руководил Крымским отделением Союза советских архитекторов.

Землетрясение, произошедшее в Крыму в ночь с 11 на 12 сентября 1927 г., подвигло Голландского на изучение этого природного явления. Он был назначен председателем Комиссии по обследованию разрушений, нанесенных стихией, а затем и руководителем исследований по изысканию способов восстановления разрушенных построек. Результатом этой деятельности стала серия опубликованных им работ по сейсмологи: "Сейсмостойкое строительство для Крыма", "Как должно строить в Крыму крестьянские дома, чтобы они не разрушались от землетрясений", "Восстановительное строительство в Крыму", "Общая постановка и очередные задачи строительства в Крыму", "Основные приемы строительства для Крыма".

П. И. Голландский принял участие в издании подготовленного КрымОХРИСом «Путеводителя по Крыму» наряду с такими известными крымоведами, как У. А. Боданинский, А. И. Маркевич, А. И. Полканов, Н. Л. Эрнст. Как работнику КрымОХРИСа, ему приходилось заниматься ревизией и ремонтом зданий крымских музеев, обследованием памятников архитектуры и их охраной.

В Феодосии Павел Иванович сделал пять зарисовок. На трех - виды армяно-григорианской церкви св. Сергия (Саркиса), возведенной не ранее начала ХIV века (на одном рисунке - орнамент портала. Храм знаменит своими хачкарами - вмурованными в стену каменными рельефными плитами с изображением креста. Один рисунок представляет армянскую церковь свв. архангелов Михаила и Гавриила, построенную в 1408 году. Интерес Голландского именно к этим храмам Феодосии был вызван не только их историко-художественной ценностью, но и тем, что они состояли на учете в КрымОХРИСе и Главнауке - организаций, в которых Голландский работал.

Автор:Павел Иванович Голландский (1861-1939). Источник:Петрова Э.Б. Павел Иванович Голландский и его крымская эпопея. - Феодосия: Издат. дом Коктебель; Симферополь: Н. Орiанда, 2013. - С. 81

Раскопки 1927 г. Отузы. Храм находился на территории генуэзского замка Калиера, возведенного на вершине холма Кордон-Оба.

Феодосия. Армянская церковь архангелов. 16 июня 1927 г.

Феодосия. Остатки портала армянской церкви св. Сергия

Орнамент портала армянской церкви в. Сергия в Феодосии

Последний феодосийский рисунок - "Вход в служебный флигель при бывшем дворце Екатерины II в Феодосии". Рисунок сделан карандашом в 1927 году и хранится в Центральном музее Тавриды (Симферополь). Речь идёт о доме купца из караимов И. И. Хаджи, где 27 мая 1787 года остановилась Екатерина II. С того дня здание стало называться «Екатерининский дворец». Сам дом не сохранился, но сохранилась пристройка к нему.

2 мая 1930 года состоялось открытие памятника И. К. Айвазовскому. Сам памятник находится на пьедестале, который был выполнен в кратчайший срок по проекту главного хранителя Симферопольской картинной галереи, П. И. Голландского.

По воспоминаниям Ю. Полканова, Павел Иванович был дружен с феодосийскими художниками Н. Барсамовым и К. Богаевским, они высоко оценивали его и как архитектора, и как художника. Когда К. Богаевский по заданию КрымОЗРИСа делал многочисленные зарисовки историко-архитектурных памятников Крыма, Голландский был его первым консультантом по архитектурным вопросам.

Максимилиан Волошин в своих записях упоминает о Голландском как об участнике Первого музейного съезда в крыму 1922 года и Керченской археологической конференции 1926 года. Помимо того Волошин весьма интересовался археологическими раскопками, проводившимися на плато Тепсень вблизи Коктебеля, и навещал там археологов в 1925 году.

В 1932 году в Крымиздате выходит книга ученого "Каменные работы: Краткое руководство для студентов строительных техникумов, десятников и мастеров-каменщиков".

В последние годы жизни Павел Иванович работал над книгой "История архитектурных форм", для которой выполнил ряд архитектурных рисунков и таблиц, написал значительную часть текста. Труд этот так и не был завершен.

Удивительным человеком и замечательным мастером был Павел Иванович Голландский - архитектор, педагог, археолог, реставратор, художник... Его судьба случайно оказалась связана с Крымом, да еще в такое страшное и непредсказуемое время, и он выстоял, так много успев сделать за свои последние два десятка лет.

Э. Петрова

Читайте в Центральной городской библиотеке им. А. Грина

Петрова, Элеонора Борисовна. Павел Иванович Голландский и его крымская эпопея / Элеонора Петрова. - Феодосия ; Москва : Коктебель ; Симферополь : Н. Оріанда, 2013. - 116, [4] с. : ил. ; 22 см. - (Палитра времени ; вып. 1). - Библиогр.: с. 54-60. - 1000 экз.
Петрова, Э. "Мысль об искусстве меня не покидала..." : Феодосия в альбоме Павла Голландского : биография отдельного лица / Э. Петрова // Кафа. Феодосийский альбом. - 2013. - Тетр. 280: 10 мая. - С. 1317-1320.
Антонюк, А. А. Павел Иванович Голландский: штрихи к историческому портрету / А. А. Антонюк // Центральный музей Тавриды: история, коллекции, люди: сборник статей. - Симферополь : Дымникова Н. В., 2021. - С. 628-637 : портр. - Библиогр. в конце ст.

Материал подготовила Т. Гурьева, главный библиограф ЦГБ им. А. Грина

Написанному в Крыму дебютному произведению Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» - 100 лет

Epicfails — Mon, 18 Aug 2025 13:44:28 GMT

Написанному в Крыму дебютному произведению Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» - 100 лет

Известный русский писатель-фантаст Александр Беляев, которого называют «русским Жюлем Верном», свой наиболее известный роман - «Голова профессора Доуэля» - написал в Ялте.

Александр Беляев прожил насыщенную и непростую жизнь. Хотя для активного писательства судьба отвела ему немногим более 15 лет, он оставил после себя богатое наследие - 17 научно-фантастических романов и десятков других произведений. Его книги давно и прочно заняли своё место в литературе, а лучшие из них составили «золотой фонд» отечественной и мировой фантастики. Их помнят, читают и любят вот уже многие поколения; с завидной регулярностью переиздаются сборники лучших повестей писателя, а уж по числу выпущенных собраний сочинений Беляеву мог бы позавидовать любой из российских фантастов прошлого и настоящего — семь за тридцать лет... Его творчество куда шире и многограннее: помимо фантастики, это реалистическая проза, детективные и историко-приключенческие рассказы, очерки и литературная критика. Его публиковали периодические издания, включая городские и районные газеты, он часто пользовался псевдонимами: Арбель, Б. А., А. Ромс, Ром, «Немо», А. Романович — это только некоторые из них.

Он был человеком увлекающимся: играл в театре, выступал адвокатом в суде, работал в уголовном розыске, детском доме, Наркомпочтеле... Он посетил Швейцарию, Италию, Австрию, Германию, юг Франции и изучал историю искусств. В Италии поднялся в воздух на гидроплане и на вулкан Везувий. В 1932 году Беляев совершил самый удивительный, наверное, поступок в своей жизни. Страдающий костным туберкулезом писатель, для которого и ленинградский климат был непереносим, вдруг, бросив все, уезжает за полярный круг - в Мурманск, который в то время только начинал строиться.

Считается, и не без основания, что у Александра Романовича Беляева три жизни: одна — от рождения до выхода рассказа «Голова профессора Доуэля», вторая — от этого первого рассказа до дня смерти писателя, третья — самая долгая жизнь в его книгах.

Александр Романович Беляев родился 4 марта (16 н.с.) в 1884 году в Смоленске в семье священника. С детства много читал, увлекался приключенческой литературой, особенно Жюлем Верном. Впоследствии летал на аэропланах одной из первых конструкций, сам мастерил планеры.

Когда Саше исполнилось 10 лет, его отдали в духовное училище, а в 14 лет он стал семинаристом. Окончил семинарию в 1901 году и вышел из нее убежденным атеистом. В этом же году Беляев изобрел стереоскопический проекционный фонарь. Фонарь был действующим, но юный изобретатель демонстрировал его только друзьям (20 лет спустя проектор аналогичной конструкции был сделан и запатентован в США).

Техника интересовала Беляева, но еще больше его интересовал театр — он с детства хотел быть актером. И стал им, подписав контракт со Смоленским театром Народного дома на зимний период 1901-1902 годов.

После окончания семинарии вопреки желанию отца, видевшего сына своим преемником, Александр в июне 1902 года поступает в юридический Демидовский лицей в Ярославле. Параллельно Александр получил и музыкальное образование по классу скрипки.

Неожиданная смерть отца в 1905 году оставила семью без средств к существованию. Беляев, чтобы достать денег на оплату обучения, давал уроки, рисовал декорации для театра, играл на скрипке в оркестре цирка Труцци. После окончания лицея в 1908 году вернулся в Смоленск.

в 1909-м Беляев работал помощником присяжного поверенного. Но творческая натура Александра Романовича требовала выхода, и он становится деятельным участником смоленского Общества любителей изящных искусств, где выступал с лекциями, затем — членом правления смоленского Клуба общедоступных развлечений и членом правления Симфонического общества. В летние месяцы в Смоленске обычно гастролировали театральные труппы. Беляев пишет рецензии в «Смоленский вестник» практически на каждый спектакль, шедший в Лопатинском саду, выступает и как музыкальный критик. Подписывался псевдонимом «B-la-f». Публиковали «смоленские фельетоны» на злобу дня.

В 1913 году он совершает путешествие в Европу: ездил по Италии, Франции, Швейцарии, поднимался к кратеру Везувия, летал на гидроплане, бродил по раскопанным улицам Помпеи, плавал на гондолах в Венеции, посетил знаменитый замок Иф в Марселе. В 1913 году находилось не так уже много смельчаков, летавших на самолётах "Блерио" и "Фарман" — "этажерках" и "гробах", как называли их тогда. Однако Беляев в Италии, в Вентимильи, совершает полёт на гидроплане.

В автобиографии о целях этой поездки писатель пишет:

«Изучал историю, искусство, ездил в Италию изучать Ренессанс. Был в Швейцарии, Германии, Австрии, на юге Франции».

Поездка стала бесценным источником, из которого писатель черпал нужные ему впечатления до конца своих дней. Ведь действие большинства его романов происходит «за границей». А первое путешествие оказалось и единственным.

В 1913—1915 годы, расставшись с адвокатурой, Александр Романович работает в редакции газеты «Смоленский вестник» сначала секретарём, затем редактором.

Но в конце 1915 года на Беляева внезапно обрушилась тяжелая болезнь — туберкулез позвоночника, отнявший у него возможность ходить, вообще двигаться. Врачи, друзья — все сочли его обреченным. Его бросила жена. Рядом осталась только мать, которая, оставив дом, в 1916-м увезла сына в Ялту — появилась пусть слабая, но все же надежда на то, что в Крыму ему помогут.

Три с половиной года, с ноября 1916 по весну 1920 гг., Беляев был закован в гипсовый корсет. Несмотря на вынужденную неподвижность, он внимательно следил за происходящими в России событиями, сотрудничал с издававшейся кадетами и эсерами газетой «Ялтинский голос».

Положение Беляева было отчаянным - паралитик с престарелой матерью, тратящий последние накопления в стремительно разваливающейся стране. Тем не менее, Александр Романович не теряет веры в лучшее. Он читает Уэллса, Жюля Верна, Циолковского и постепенно одна большая мысль начинает завладевать его разумом - стать профессиональным писателем, сочинять романы.

Весной 1919-го от голода умерла его мать, и он — больной, в гипсе, с высокой температурой — даже не смог проводить ее на кладбище…

«Утратив тело, я утратил мир, – весь необъятный, прекрасный мир вещей, которых я не замечал, вещей, которые можно взять, потрогать, и в то же время почувствовать свое тело, себя. О, я бы охотно отдал мое химерическое существование за одну радость почувствовать в своей руке тяжесть простого булыжника!».

А. Беляев

В местной больнице Беляев пишет свои первые стихи. Немногим ранее в ростовской газете был опубликован первый фантастический рассказ Александра Романовича - "Берлин в 1925 году".

Летом 1921 года Беляев заставил болезнь отступить и встал на ноги.

Александр Беляев был женат трижды. Первый брак, заключённый в январе 1908 года с Анной Станкевич, оказался недолговечным – уже через год после свадьбы молодая жена ушла к другому мужчине. Вторая жена - Вера Былинская - также не выдержала и двух лет испытаний трудностями и в 1915 году оставила мужа, как только тот слег с параличом. Писателю принесла счастье только третья супруга – Маргарита Константиновна Магнушевская (1895–1892). Она происходила из петербургской польско-шведской семьи, которая перед Первой мировой войной поселилась в Ялте. Там в 1919 году и произошло знакомство будущих супругов, а в 1921 году они обвенчались.

Летом 1922 года в Доме отдыха для учёных и писателей в Гаспре Беляеву изготовили целлулоидный корсет вместо гипсового, он смог ходить и работать в учреждениях Ялты. Сначала Беляев стал заведующим школы-колонии. Через знакомых удалось найти место в канцелярии уголовного розыска, где он был и младшим милиционером, и фотографом, и адвокатом, и лектором, который читал курсы по уголовному и административному праву. В качестве сыщика Беляев проявил себя с самой лучшей стороны, например, им была создана фотолаборатория, помогавшая раскрывать самые запутанные дела. Однако, нагрузка в угрозыске была слишком велика и Александру Романовичу пришлось перейти на должность библиотекаря в городскую библиотеку. В 1923 году друзья предложили место в Народном комиссариате почт и телеграфов в Москве. Александр согласился и уехал устраивать жизнь в новой столице.

В 1923 Беляев с женой переезжает в Москву и начинает серьезную литературную деятельность. Он Печатает научно-фантастические рассказы, повести в журналах «Вокруг света», «Знание-сила», «Всемирный следопыт», заслужив титул «советского Жюля Верна».

Но именно в Крыму, в Ялтинской больнице, где он несколько лет пролежал почти без движения, полностью закованный в гипс, родились идеи первых его фантастических произведений. Глубоко личные переживания этого времени стали основой одного из самых известных фантастических романов писателя, которому в 2025 году исполняется 100 лет - "Голова профессора Доуэля".

Первое научно-фантастическое произведение А. Беляева "Когда мёртвые оживут" (впоследствии название меняется на "Глова профессора Доуэля") опубликовано — в виде рассказа — в московской «Рабочей газете» 16 — 21 и 24 — 26 июня 1925 года, а затем в 3-м и 4-м номерах журнала «Всемирный следопыт» за тот же год. Годом позже в качестве заглавного рассказа вошло в первый авторский сборник фантастики Беляева (вместе с рассказами «Человек, который не спит» и «Гость из книжного шкафа»).

С публикации рассказа началась профессиональная литературная деятельность Беляева. Он сотрудничает с журналами «Всемирный следопыт», «Вокруг света», «Знание —сила», «Борьба миров», публикует новые фантастические произведения: «Остров погибших кораблей», «Властелин мира», «Последний человек из Атлантиды». Подписывается не только своей фамилией, но и псевдонимами — А. Ром и Арбел.

В начале 1920-х годов в молодой Республике Советов повсюду витали идеи пересадки органов для выздоровления, различные способы омоложения, идеи создания вечного двигателя и бессмертия. На создание рассказа "Голова профессора Доуэля", позже переделанного в полноценный роман, Беляева вдохновил опыт по оживлению отрезанной головы собаки, проведенный профессором Кулябко в Томском Университете.

Решив написать невероятную историю об оживлении уже человеческой головы, Беляев списал образ профессора Доуэля практически с себя, когда лежа в Ялтинской больниц из-за паралича несколько лет не владел нижней частью тела.

Позднее Беляев писал:

"Могу сообщить, что "Голова профессора Доуэля" — произведение в значительной степени… автобиографическое. Болезнь уложила меня однажды на три с половиной года в гипсовую кровать. Этот период болезни сопровождался параличом нижней половины тела. И хотя руками я владел, все же моя жизнь сводилась в эти годы к жизни "головы без тела", которого я совершенно не чувствовал: полная анестезия. Вот когда я передумал и перечувствовал все, что может испытать "голова без тела".

Сюжет рассказа тот же, что и романа, но значительно проще и беднее. Мисс Адамс (в романе — мадемуазель Лоран) попадает в лабораторию профессора Керна, большого ученого, который, однако, не остановился перед преступлением: оживив голову своего учителя, профессора Доуэля, он теперь заставляет эту голову работать на себя, служить «генератором идей». Мисс Адаме сразу же, как только проникает в тайну Керна, пытается разоблачить его, но безуспешно. Из почти безвыходного положения ее спасает сын Доуэля. Вместе им удается довести разоблачение до конца. Керн терпит поражение.

Иллюстрации художника О. Коровина. 1925

Рассказ был интересен своими научно-фантастическими идеями, но не литературным мастерством автора. Поэтому двенадцать лет спустя Александр Беляев переработал его в роман — напряжённый научно-фантастический триллер. Посвятил он его своей третьей жене - Маргарите Константиновне Беляевой.

Впервые роман увидел свет в 1937 году на страницах ленинградской газеты «Смена» (1 — 6, 8 — 9, 11, 14 — 18, 24, 28 февраля, 1, 3 — 6, 9 — 11 марта), а затем, с великолепными иллюстрациями Г. Фитингофа, в журнале «Вокруг света», №№ 6 – 10 и 12 за тот же год.

Также: ещё одна публикацию «Головы профессора Доуэля» 1937 г. появилась в рижской русскоязычной газете: «Когда мертвые оживут» фантастический роман необычайных приключений // Газета для всех: Воскресная газета для города и деревни (Рига), сентябрь 1937 - март 1938 гг.

Первое отдельное издание было выпущено издательством «Советский писатель» в 1938 году, в том виде, в каком он опубликован и сегодня.

Беляев А. Р. (писатель) Голова профессора Доуэля / А. Беляев. — Ленинград, Москва : Советский писатель, 1938. — 140, [2] с.; 20.

Герой романа Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» – оживленная голова знаменитого профессора Доуэля. Место действия Франция, Париж. К профессору Керну на роль сиделки нанимается на работу молодая сотрудница Мари Лоран. Там она узнает о чудесном опыте – воскрешении головы недавно умершего ученого Доуэля, за которой ей теперь доводится ухаживать. Голова живет, шевелит губами и моргает глазами, знаками отвечает на вопросы, но не умеет говорить. Обязанности Мари несложны. Она должна ухаживать за головой, протирать ее особым раствором, следить за трубками, вставленными в артерии и подающими ей жизненно необходимые растворы, обязана была также каждый день и довольно много читать Доуэлю свежие научные журналы и книги, и по его указке отмечать в них карандашом некоторые места. Лишь один краник не имела права она открывать и именно это он, естественно и сделала. И голова заговорила! Профессор Доуэль рассказал Мари о том, как он оказался в таком положении, завещав перед смертью свое тело науке, чем смог воспользоваться его ученик профессор Керн, представленным в рассказе злым гением. Керн смог сделать уникальную операцию по оживлению головы и теперь с помощью шантажа и пыток заставляет Доуэля работать на него. Зная, что великий профессор не может без процесса мышления, он пользуется его пометками и делает открытия от своего имени.

Затем профессор Керн оживил еще два трупа: рабочего по имени Том Буш и певичку из кабаре Брике. В отличие от одноименного рассказа, где действие заканчивается после представления Керном широкой публике «своего» открытия и скорого изобличения его как убийцы профессора Доуэля, в романе же Беляев усложнил сюжет. Голову мадмуазель Брике профессор Керн пришивает к телу погибшей в катастрофе итальянской певицы. И далее, по законам приключенческого жанра, Брике на одном из южных курортов случайно знакомится с Артуром Доуэлем, сыном профессора, считавшего отца умершим. Постепенно тайна профессора Керна становится достоянием Артура и его друга Ларе, который был влюблен именно в ту певицу, тело которой теперь принадлежало Брике. Мужественный и благородный Артур Доуэль решил во что бы то ни стало спасти отца и наказать Керна. Опять же по законам жанра, Ларе влюбляется в Брике, а Артур чуть позже в Мари Лоран. В финале они врываются в особняк Керна вместе с полицией, но профессор Доуэль уже умирал. Он напоследок увидел своего сына и умер окончательно. Керн же, после того как понял, что случилось, застрелился.

К моменту написания книги идея, где голова (мозг) живёт без тела, поддерживаемая наукообразным способом, не являлась принципиально новой для литературы — фельетон Эдварда Пейджа Митчелла «Человек без тела» (1877), рассказ Густава Майринка «Экспонат», роман Мориса Ренара «Доктор Лерн» («Новый зверь») (1908), роман Гастона Леру «Кровавая кукла» (1923), новелла немецкого писателя Карла Грунерта «Голова мистера Стейла» — затрагивали эту проблематику. Сам Беляев назвал вдохновителем своей книги Шарля Броун-Секара.

В рассказе "Голова профессора Доуэля" прослеживаются отсылки к Артуру Конан-Дойлу: сын профессора Артур Доуэль (Артур Конан-Дойл, в старом правописании Дойль). В рассказе вынужденно стал частным детективом (отсылка к Шерлоку Холмсу того же Конан-Дойла) — искал пропавшего отца. Убитая певица из бара, подлежащая оживлению — мисс Уотсон (в старом правописании помощник Шерлока Холмса доктор Уотсон (Ватсон).

Английский фантаст Герберт Уэллс во время встречи с Александром Беляевым в 1934 году в Ленинграде высказал свое мнение:

«Я с удовольствием, господин Беляев, прочитал ваши чудесные романы „Голова профессора Доуэля“ и „Человек-амфибия“. О! Они весьма выгодно отличаются от западных книг. Я даже немного завидую их успеху».

Георгий Фитингоф - единственный художник, выдержавший анатомическую точность при иллюстрировании этого произведения Беляева. А что это значит? А то, что в свое время, овладевая навыками художественной анатомии, Г. Фитингоф посещал анатомические театры или морги, где «вживую» видел процесс хирургической ампутации головы у трупа и его «последствия». Что и наложило отпечаток на его художественную манеру.

Начиная с 1956 года роман неоднократно переиздавался. Роман Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» переведён на 14 языков.

В своих произведениях фантаст Александр Беляев предсказал создание искусственных органов, появление систем изучения земной коры и возникновение орбитальных космических станций и другие. Всего около 50 предвидений, из них только 3 считаются ошибочными. На протяжении всей жизни советская критика высмеивала его кажущиеся безумными пророчества, не подозревая, что в романах, рассказах и повестях, тонко чувствующий мир, творец приоткрывал завесу тайны, позволяя читателям увидеть мир грядущего будущего.

Александр Романович Беляев умер от голода и холода в оккупированном городе Пушкин 6 января 1942 года. Похоронен в братской могиле вместе с учёным С. Н. Черновым. Место захоронения писателя достоверно неизвестно. Памятная стела на Казанском кладбище города Пушкина установлена на могиле его жены, которая была похоронена там в 1982 году.

Идея учредить мемориальную премию в честь Александра Беляева возникла в 1984 году, когда отмечалось столетие со дня рождения знаменитого писателя-фантаста, перу которого принадлежат не только фантастические романы «Человек-амфибия», «Ариэль», «Голова профессора Доуэля», но и научно-популярные произведения. Однако впервые она была вручена в 1990 году, и в первые годы присуждалась за литературные произведения в жанре научной фантастики. В 2002 году статус премии был пересмотрен, и теперь она даётся исключительно за произведения научно-популярной и научно-художественной (просветительской) литературы.

Библиография

Беляев, Александр Романович. Голова профессора Доуэля : повести и рассказы / Александр Беляев ; послесл. М. Соколовой ; ил. В. Руденко. - Москва : Правда, 1987. - 461, [3] : ил.

Беляев, Александр Романович. Голова профессора Доуэля : фантастические произведения / Александр Беляев ; коммент. Е. Харитонова. - Москва : Эксмо, 2010. - 572, [3] с.

Беляев, Александр Романович. Голова профессора Доуэля ; Ариэль / Александр Беляев. - Москва : Профиздат, 2017. - 332, [2] с. ; 21 см. - (Литературные шедевры).

Беляев, Александр Романович. Малое собрание сочинений / Александр Беляев. - Санкт-Петербург : Азбука : Азбука-Аттикус, 2020. - 637, [3] с

Библиография (произведения А. Р. Беляева; Статьи о творчестве А. Беляева) / Сост. Б. Ляпунов. - С. 517-524

Кравклис, Н.Три жизни писателя : А.Р. Беляеву - 125 лет со дня рождения. [Текст] / Н. Кравклис, М. Левитин // Наука и жизнь. - 2009. - № 10. - С. 126 - 132 : портр.

Орлов О. А. Р. Беляев (биографический очерк) // А. Р. Беляев. Собр. соч. в 8 томах. Том 8: Рассказы. М. : Молодая гвардия, 1964. - С.497-516

Соколова М. «Я поставил целью показать многообразие вкусов человека будущего...» // Беляев А. Р. Избранные произведения. - М.: Правда, 1989. - С. 5-20

«Ледяной дом» Ивана Лажечникова как символ царствования Анны Иоанновны

Epicfails — Tue, 22 Jul 2025 09:16:31 GMT

«Ледяной дом» Ивана Лажечникова как символ царствования Анны Иоанновны

190 лет (август) со времени выхода в свет романа

Иван Иванович Лажечников из плеяды исторических романистов 30-х годов XIX века пользовался у современников славой «отечественного Вальтера Скотта». Писатель Д. В. Григорович вспоминал, что, когда в 1858 году в Россию приехал Александр Дюма, он перевел на французский язык несколько образцов русской литературы: ряд стихотворений А. Пушкина, П. Вяземского, А. Некрасова и «Ледяной дом» И. Лажечникова.

"Ледяной дом" вышел в свет в августе 1835 года и успех книги у читающей публики превзошел все ожидания, в хоре похвал утонули и трезвые суждения критиков, и ироническое глумление литературных конкурентов:

«Господа! - писал рецензент газеты «Северная пчела» 24 августа 1835 г., - приезжайте с дач - хоть для этого романа: «Ледяной дом» вас разогреет».

Сам А. С. Пушкин отозвался о романе так:

«…многие страницы вашего романа будут жить, доколе не забудется русский язык».

И вот уже без малого два века одно поколение сменяется другим, а роман жив и сохраняет свою притягательную силу.

Лажечников Иван Иванович (14 (25) сентября 1792– 26 июня (7 июля) 1869) - писатель, педагог, статский советник. Родился в Коломне. Сын коммерции советника, одного из богатейших купцов.Служил в московском архиве иностранной коллегии, затем в канцелярии московского генерал-губернатора. Одновременно занимался самообразованием. Брал уроки риторики, слушал лекции.

Во время Отечественной войны 1812 года против воли родителей поступил в ополчение и участвовал в сражениях под Малоярославцем, Красным, Борисовом, во взятии Парижа. Был награжден орденом Св. Анны 4-й степени. С 1819 г. – в отставке.

Был директором Пензенской мужской гимназии, Казанской гимназии, директором училищ. В 1826 г. оставил службу и переселился в Москву, где занялся сбором материала к роману «Последний Новик», положившему начало русскому историческому роману. В 1831 г. был назначен директором училищ Тверской губернии.

В 1835 г. Лажечников написал свой самый знаменитый исторический роман «Ледяной дом», имевший значительный резонанс. В полемике в А.С. Пушкиным писатель определил свой творческий принцип исторического писателя:

«…историческую верность главных лиц моего романа старался я сохранить, сколько позволяло мне поэтическое создание, ибо в историческом романе истина всегда должна уступить поэзии, если та мешает этой. Это аксиома».

Обратившись к эпохе правления императрицы Анны Иоанновны, И. И. Лажечников оказался первым из романистов, кто рассказал об этом времени своим современникам. В увлекательном повествовании автор сумел предать атмосферу одного из самых сложных и драматических периодов русской истории XVIII века.

В истории России было множество самых разных правителей, но Анна Иоанновна стоит особняком. Правление этой императрицы напоминало карнавал в духе Босха, сопровождавшийся невиданным распутством, всевозможными безумиями и жестокостью. Думается, если бы русский престол каким-то чудом заняла помещица Салтычиха, результат был бы примерно тот же.

Анна императрица и самодержица всероссинская, Anna Russorum Imperatrix". Антикварная гравюра на медной пластине. Анна Иоанновна, российская Императрица, дочь Ивана (Иоанна) V Алексеевича, племянница Петра I.

В 1710 году 17-летнюю Анну выдают замуж за 18-летнего герцога Курляндского Фридриха Вильгельма. Автономное герцогство Курляндское возникло на развалинах Ливонского ордена в 1561 году, когда сей Орден был разгромлен русскими войсками царя Ивана Грозного. Курляндия сразу приняла протекторат Речи Посполитой и формально являлась вассалом польской короны вплоть до ликвидации последней, то есть до 1795 года. В 1915 году, в ходе Первой мировой войны, территория Курляндии была оккупирована немцами. После капитуляции Германской империи этот план провалился. Курляндия вошла в состав Латвийской республики.

Овдовев через 4 месяца после свадьбы, Анна осталась в Курляндии на долгие 20 лет. 19 января 1730 года в Лефортовском дворце в Москве от оспы умирает 14-летний император Петр II, последний представитель рода Романовых по прямой мужской линии. Россия вступает в эпоху дворцовых переворотов. Анна Иоанновна готовилась отметить свой 37-й день рождения. К моменту восхождения на престол новоиспеченная императрица детей не имела, однако уже 20 лет «влачила жизнь вдовицы». 25 января 1730 членами Верховного тайного совета на условиях ("Кондициях") ограничения самодержавия в пользу аристократии Анну пригласили на престол Российского государства. Анна соглашается, но 25 февраля 1730 опираясь на дворянство и гвардейских офицеров, отказалась от выполнения "Кондиций".

Императрица Анна Иоанновна получила репутацию малопросвещенной монархини, а период ее царствования нередко называют одним из самых мрачных в истории России.

«Императрица Анна Иоанновна сильно развила страсть к роскоши у своих подданных, – пишет историк Михаил Пыляев. – В ее время было запрещено даже два раза являться ко двору в одном платье». Племянница Петра I, бывшая курляндская герцогиня, Анна Иоанновна "обессмертила" свое имя в истории нашего просвещения известным указом 1735 года о ненужности и вредности обучения грамоте простого народа, "дабы его не отвлекать от черной работы".

Историческая эпоха, к которой обратился Лажечников, не просто смута, а эпоха реакции и всеобщего страха, время дворцовых переворотов. Бироновщина — так в русской истории обозначили этот период всевластия фаворита и любовника императрицы сына курляндского помещика Бюрена — Эрнеста Иоанна Бирона. Окруженный выходцами из остзейских земель, почти не владея русским языком, он проводил жестокую, антинациональную политику. Атмосфера страха, связанная с появлением тайной полиции и многочисленных шпионов, буквально парализовала жизнь русского общества. Лозунг бироновщины «Слово и дело!» передавал ситуацию преследования каждого, кто посмел неосторожно проронить крамольное слово.

Сибирь, каторга, палач, застенки тюрьмы — реальное воплощение «дела». Уже на первых страницах романа "Ледяной дом" воссоздана картина этой жизни:

«Только что умолкли языки в колоколах, возвестившие конец обедни, все богомольцы, по одиночке, иного по двое, идут домой, молча, поникнув головою. Разговаривать на улицах не смеют: сейчас налетит послушник, переведет беседу по-своему, прибавит, убавит, и, того гляди, собеседники отправляются в полицию, оттуда и подалее, соболей ловить или в школу заплечного мастера».

Сама же Анна Иоанновна занималась делами куда более приятными и понятными ей.

В 1733 году императрица Анна Иоанновна, переместившаяся из Курляндии прямиком на российский трон, оказала поддержку в борьбе за корону Польши Августу III. В благодарность за это Август признал новым герцогом Курляндии Эрнста Иоганна Бирона, фаворита императрицы. Бирон стал одной из самых влиятельных фигур в империи и одновременно одной из самых непопулярных. Ругательства с эпитетом «курляндская», прочно вошли в лексикон россиян и оставались в нем еще долго после того, как сам Бирон канул в Лету.

Одной из причуд Анны Иоанновны было содержание при дворе шутов и шутих. Причем в шуты попасть мог абсолютно любой человек, оказавшийся вдруг в особой любви или же, наоборот, в немилости у царицы.

На праздничные столы поставили два торта. Под музыку из них выскочили две карлицы и поздравили Анну с замужеством, после - станцевали менуэт! Гравюра 18 века

Название романа адресует читателей к известной забаве императрицы - строительству дома изо льда и одной из своеобразнейших забав императрицы Анны Иоанновны, придуманной камергером А. Д. Татищевым в 1740 г. Вокруг Ледяного дворца разворачивается сюжет романа и разыгрывается потрясающе насыщенное действие, охватывающее несколько месяцев - с конца декабря 1739 по апрель 1740 года.

Лажечников широко использовал редкую книгу академика физики Георга Вольфганга Крафта ("Подлинное и обстоятельное описание построенного в Санкт-Петербурге в январе месяце 1740 года Ледяного Дома и всех находившихся в нем домовых вещей и уборов с приложенными при том гридорованными (гравированными) фигурами, также и некоторыми примечаниями о бывшей в 1740 году во всей Европе жестокой стуже, cочиненное для охотников до натуральной науки через Георга Вольфганга Крафта, Санкт-Петербургской Императорской Академии наук члена и Физики Профессора". - [Санкт-Петербург] : печатано при Императорской Академии наук, 1741. ) и дал достоверное описание и самой постройки, и связанных с нею празднеств: ледяные статуи, фонтаны горящей нефти, пестрая процессия народов, населяющих Россию, в национальных костюмах, национальные пляски и т. д.

Кабинет-министр Артемий Петрович Волынский был женат, но при этом страстно влюблен в молдаванскую княжну Мариорицу Лелемико. Она была любимицей императрицы Анны Иоанновны и дочерью цыганки, о чем никто не знал. Вокруг их любви разворачивается сложный и двойственный сюжет романа: личные чувства переплетаются с политическими интригами.

Это столкновение — яростная схватка благородного патриота Волынского с жестоким временщиком Бироном. Когда Бирон узнал о любви Волынского, он попытался использовать это, чтобы ослабить своего противника. Враги Волынского — Бирон, Миних и Остерман — плели интриги вокруг императрицы. В итоге Волынского арестовали. Ему приписали планы государственного переворота и попытку захватить трон, объявили изменником и казнили.

Валерий Иванович Якоби (1833-1902). "А.П. Волынский на заседании кабинета министров", 1875 г. Холст, масло. 45 x 68 см. Омский областной музей изобразительных искусств им. М.А. Врубеля.

В ледяном дворце по велению Анны Иоанновны женили придворного шута (князя Голицына) и придворную шутиху (Буженинову). Сюжет включает исторически достоверные факты, сохраняя при этом черты поэтического вымысла.

Судьба Михаила Алексеевича Голицына отражает все противоречия эпохи. Происходил из старшей, несчастливой ветви рода Голицыных («Васильевичи»). Приходился внуком Василию Голицыну, известному фавориту царевны Софьи. В 1689 году вместе с дедом и отцом был отправлен в ссылку, вначале в г. Каргополь, а позже в деревню Колмогоры (примерно в 200 верстах от г. Архангельска). Получил хорошее домашнее образование под руководством деда.

После смерти деда Василия Голицына), семья была возвращена из ссылки. Впоследствии Михаил посылался Петром I за границу на обучение, слушал лекции в Сорбонне. После находился на военной службе, вышел в отставку в чине майора. В 1729 году, сразу после смерти своей первой супруги, Марфы Хвостовой, Михаил Голицын оставив в России двух детей, выехал за границу, где принял католичество и женился во второй раз на итальянке; по другим сведениям — на немецкой баронессе. Смене вероисповедания Михаил Алексеевич не придал значения, о чём вскоре горько пожалел..

В 1732 году, уже при императрице Анне Иоанновне, Голицыны с маленькой дочерью вернулись в Россию. Здесь они узнали, что государыня весьма строго относится к религиозным вопросам. Поэтому Голицын, тщательно скрывая от всех и иностранку-жену, и смену вероисповедания, тайно поселился в Москве, в Немецкой слободе. Но на него всё-таки донесли императрице. Государыня, узнав о вероотступничестве князя, в гневе отозвала Голицына в столицу. Его брак был признан незаконным. Жену Голицына отправили в ссылку (есть версия — выслали из страны), а самому ему велено было занять место среди придворных «дураков»-шутов. В 1732—1740 гг. — придворный шут, носивший с 1737 г. прозвище «Квасник». В его обязанности входило обносить императрицу и ее гостей русским квасом.

По одной версии шутиха Авдотья была калмычкой, по другой — камчадалкой. Подарил ее Анне кабинет-министр Артемий Волынский, который счел внешность девушки примечательной своим исключительным уродством. Как звали Авдотью на самом деле, неизвестно: имя она получила при крещении, которое провели, прежде чем презентовать новую забаву правительнице. При дворе шутиху называли карлицей, но на самом деле она была просто очень маленького роста. Фамилию Буженинова Авдотье дали из-за того, что от нее постоянно сильно пахло копченым и кожа девушки сально блестела. Буженинова утверждала, что у ее народа такие традиции: не мыться, а мазаться жиром.

В конце 1739 года Анна Иоанновна обратила внимание, что Авдотья загрустила. На вопрос, в чем дело, шутиха ответила, что ей уже почти 30, а супруга всё нет. Императрица тут же загорелась новой идеей: надо выдать Буженинову замуж, да еще и отметить свадьбу так пышно, чтобы ее десятилетиями вспоминали! Быстро нашелся и кандидат в мужья: Анна сочла, что презабавным будет женить Голицына на «вонючей уродке». Впрочем, историки считают, что Квасника выбрала сама Буженинова.

Блажь императрицы готовили с размахом. Ледяной дом был возведен прямо посреди реки Невы, между Адмиралтейством и новым Зимним дворцом Анны Иоанновны:.

«…и гораздо великолепнее казалось, нежели когда бы он из самого лучшего мрамора был построен, для того, что казался сделан быть будто бы из одного куска, и для ледяной прозрачности и синего его цвета на гораздо дражайший камень, нежели на мрамор походил…».

К сооружению дворца подошли со всей серьёзностью, хоть и было ясно, что долго он не простоит. Проектированием и строительством руководил создатель первого генерального плана Петербурга Пётр Еропкин. Также к работам привлекли главу Академии наук Георга Крафта, физика и математика, который отвечал за научную часть и составил трактат «Подлинное и обстоятельное описание Ледяного дома». Потешную свадьбу он даже не упомянул. В его изложении проект выглядит как научный эксперимент — попытка построить такое здание, какое могло бы быть на Сатурне.

Придворному поэту Василию Кирилловичу Тредиаковскому приказали сочинить торжественную оду к «дурацкой свадьбе» и исполнить ее на маскараде. Тот, находя забаву отвратительной, попытался отказаться — и был избит Волынским, а вскоре после этого попал в тюрьму.

Специальная маскарадная комиссия под председательством кабинет-министра А. П. Волынского избрала для постройки «Ледяного дома» место на Неве между Адмиралтейством и Зимним Дворцом. Строительство шло быстрыми темпами. За несколько недель на Неве возвели Ледяной дом площадью почти сто квадратных метров. Дом был выстроен исключительно из плит чистого льда, положенных одна на другую и для связи политых водою; длина — 17 м, ширина — 5,5 м, высота — 6,5 м.

Вокруг крыши тянулась галерея, украшенная статуями, крыльцо с резным фронтоном делило здание на две половины. В одной располагались гостиная и буфет, в другой — туалет и спальня. Вся мебель и утварь были изготовлены изо льда: стулья, чашки, тарелки, подушки, матрасы. Ледяной была и еда — ее покрасили в натуральные цвета красками. Свечи и камин с ледяными дровами, которые действительно горели. Для этого их смазывали нефтью.

Вокруг дома разместили множество диковинных сооружений. Ледяные пушки и мортиры в натуральную величину стреляли железными ядрами с использованием настоящего пороха. По бокам ворот располагались две статуи дельфинов: днем из их пастей била вода, подведенная из Невы, ночью — струи горящей нефти. Справа перед домом поставили ледяного слона. Время от времени он трубил — при помощи спрятавшегося внутри него человека. Днем слон пускал четырехметровые фонтаны воды, а по ночам — такие же, но уже из горящей нефти.

Сама свадьба состоялась 6 февраля 1740 года. Молодоженов усадили в железную клетку — ее вез по улицам настоящий слон. За ними следовал эскорт: по приказу императрицы в Петербург свезли по мужчине и женщине каждой народности со всех уголков России — всего набралось 300 человек. Они ехали за слоном в национальных костюмах на верблюдах, ослах, оленях, волах, лошадях и собачьих упряжках. Михаила и Авдотью обвенчали в церкви, затем устроили роскошный пир. Вечером пару привезли в Ледяной дом и заставили лечь на ледяную постель.

В. А. Нащокин (1707 — ок.1761) в своих «Записках» оставил описание этой свадьбы:

"Да тогож 1740 году была куриозная свадьба. Женился князь Голицын, который тогда имел новую фамилию Квасник, для которой свадьбы собраны были всего государства разночинцы и разноязычники, самаго подлаго народа, то есть Вотяки, Мордва, Черемиса, Татары, Калмыки, Самоеды и их жёны, и прочие народы с Украины, и следующие стопам Бахусовым и Венериным, в подобном тому убранстве, и с криком для увеселения той свадьбы. А ехали мимо дворца. Жених с невестою сидел в сделанной нарочно клетке, поставленной на слоне, а прочий свадебной поезд вышеписанных народов, с принадлежащею каждому роду музыкалиею и разными игрушками, следовал на оленях, на собаках, на свиньях".

Лажечников Иван Иванович. Ледяной дом. Ч. 1-4.: в 4 ч. /Сочинения И.И. Лажечникова ; с рисунками П.И. Полякова ; издание и редакция Аркадия Сосницкого.- Москва. Тип. Э.Лисснера и Ю.Романа, 1894.- Ч. 1. - [4], 463, 118 с. Ч. 2. - 118 с. Ч. 3. - [4], 111 с. Ч. 4. - 118 с., 8 л. ил.

30 градусов мороза, вокруг — только лед. Уйти невозможно — возле спальни выставили стражу, которой запретили выпускать «молодых». Уцелеть у Голицына и Бужениновой не было ни единого шанса, тем не менее утром их обнаружили живыми, хотя и ужасно замерзшими. Ходят слухи, что спас пару тулуп, которой Авдотье удалось выменять у одного из караульных на жемчужное ожерелье, подаренное императрицей на свадьбу.

В романа Лажечникова «Ледяной дом» есть достоверное описание и самой постройки, и ледяных статуй, и горящих фонтанов, и пестрой толпы в национальных костюмах, и национальные пляски.

После опубликования романа А. П. Волынский прослыл почти национальным героем. Русский художник В. И. Якоби (1834-1902) на тему бироновщины пишет ряд картин - "Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны", "Волынский на заседании кабинета министров", "Свадьба в ледяном доме".

В.И. Якоби. «Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны», 1872 год. Из собрания Третьяковской галереи

На картине - спальня болеющей императрицы Анны Иоанновны. У изголовья ее кровати сидит Бирон. Придворных стараются развеселить шуты князь М.А. Голицын (стоит согнувшись) и князь Н.Ф. Волконский (вскочил на него), А.П. Апраксин (растянулся на полу), шут Балакирев (возвышается над всеми), Педрилло (со скрипкой) и д'Акоста (с бичом). У кровати - графиня Бирон. За столом играют в карты статс-дама Н.Ф. Лопухина, ее фаворит граф Левенвольде и герцогиня Гессен-Гомбургская. Позади них - граф Миних и князь Н. Трубецкой. Подле Бирона - его сын с бичом и начальник Тайной канцелярии А.И. Ушаков. Рядом сидят - Анна Леопольдовна, будущая правительница, французский посол де Шатарди и лейб-медик Лесток. На полу, возле постели - карлица-шутиха Буженинова. В стороне у насеста с попугаями - поэт В. К. Тредиаковский. В дверях ― кабинет-министр А. Волынский. Изображенное на картине время - 1740 г.

В. Якоби. Фрагмент картины «Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны». В центре - Авдотья Буженинова.

Через несколько месяцев после «дурацкой свадьбы» Анна Иоанновна умерла. Новая императрица Анна Леопольдовна распустила штат шутов и запретила в России «нечеловеческие поругания» над «дураками».

Михаил Голицын снова оказался в удивительном положении. Он пережил позор, выжил после ледяной ночи, остался в здравом уме. После смерти Анны Иоанновны Голицын оказался на свободе, получил обратно свои титулы и часть имущества. С «шутовской» женой, ставшей любимой, он не расстался: увез ее с собой в имение, признал своей законной супругой перед Богом и людьми. Жила Буженинова как княгиня недолго: в 1742 году она умерла, рожая второго сына. Голицын снова женился. И снова стал отцом. Всего у него было четыре жены и множество детей. Некоторые его потомки стали известными государственными деятелями. Он дожил до 87 лет — в ту эпоху это было почти чудо. Современники говорят, что до последнего дня он сохранял здравый ум, ясную память и чувство юмора.

Ледяной дом, построенный как каприз царской воли, представляется как отсылка к хрупкости и иллюзорности бездушной власти, построенной на страданиях других. Нам же на память о шутовском браке, ставшим самым настоящим, остался роман Лажечникова "Ледяной дом" и картины русского художника Валерия Якоби.

В. Якоби. Свадьба в "Ледяном доме", 1878

Измены и предательство, страсть и долг, любовь и разочарование, месть и прощение — всё переплелось в увлекательном повествовании. Рассуждения писателя о судьбе России и путях её развития, о свободе и власти, личности и истории намного опередили своё время и до сих пор представляют большой интерес.

Лажечников, Иван Иванович (1790-1869). Ледяной дом : [В 4 ч.] / Соч. И.И. Лажечникова. — 3-е изд. Ч. 1-4 — Москва : Д.И. Преснов, 1873. — 4 т. : 15.

Лажечников, Иван Иванович. Ледяной дом : роман / И. И. Лажечников ; вступ. ст. и примеч. . В. И. Коровина ; худож. С. Бойко. - Москва : Детская литература, 1982. - 253, [3] с. : ил.

Лажечников, Иван Иванович. Ледяной дом : роман / И. И. Лажечников ; послесл. А. Рогинского ; худож. А. Лурье. - Москва : Художественная литература, 1988. - 316 с. : ил. - (Классики и современники. Русская классическая литература).

Коровин В. И. И. И. Лажечников и его роман "Ледяной дом" // Лажечников, Иван Иванович. Ледяной дом : роман / И. И. Лажечников ; вступ. ст. и примеч. . В. И. Коровина ; худож. С. Бойко. - Москва : Детская литература, 1982. - С. 3-8.

Романовский, Иосиф Семенович. Книга и жизнь : очерки о Государственной библиотеке СССР имени Ленина / И. Романовский. — Москва : Московский рабочий, 1950. — 385, [2] с., [1] л. ил. : ил., портр., табл.

Шубинский, Сергей Николаевич (1834-1913). Исторические очерки и рассказы С.Н. Шубинского = Исторические очерки и рассказы Сергея Николаевича Шубинского. — 5-е изд., доп. и испр. — Санкт-Петербург : тип. А.С. Суворина, 1908. — VIII, 712 с. : ил. : 26. «Свадьба карликов», «Княгиня А.П. Волконская и её друзья», «Придворный и домашний быт императрицы Анны Ивановны», «Потёмкинские проценты» – сборник состоит из коротких рассказов, посвящённых значимым личностям, любопытным событиям и достопримечательностям.

«…и в память обо мне, Айвазовском, завещаю (Галерею) городу Феодосии, моему родному городу…»

Epicfails — Sat, 05 Jul 2025 10:34:58 GMT

«…и в память обо мне, Айвазовском, завещаю (Галерею) городу Феодосии, моему родному городу…»

К 145-летию открытия картинной галереи И. К. Айвазовского (29 июля 1880)

На протяжении всей жизни Иван Константинович Айвазовский жертвовал свои сбережения на развитие Феодосии. На средства художника был построен музей древностей, он состоял попечителем местных учебных заведений, помогал учащимся и учителям. Пользуясь влиянием в Морском министерстве, Айвазовский оказал большое содействие в постройке торгового порта и в проведении в Феодосию водопровода и железной дороги. В своей мастерской он занимался воспитанием молодых талантов.

«Первым человеком» в старой Феодосии был Айвазовский".

Галабутский, Юрий. Айвазовский. По личным воспоминаниям (к 100-летию со дня смерти художника) // Крымский альбом : Истор.-краевед. и лит.-худож. альманах. - 2000. - С. 116.

В 1845 году Айвазовский купил участок земли на берегу моря на окраине Феодосии и в первой половине 1846-го начал строительство дома по собственному проекту. «Не верим намерениям художника, но, как бы то ни было, он строится в Феодосии», - писал один из журналистов тех лет. «Хорошенькая вилла по его собственному рисунку возникает в этом прекрасном по местоположению городке. Айвазовский надеется переселиться туда на постоянное жительство, завести обширную мастерскую, которая в то же время послужила бы и школой живописи для того края».

Галерею свою я выстроил на свои средства, собранные от выставок на Кавказе и в Крыму, 25 лет тому назад Как галерея, так и дом выстроены по моему личному проекту. В галерее собраны картины в продолжение 20 лет и теперь даже начаты новые, не считая картин и скульптур других художников и скульпторов, которыми она пополнилась. Галерея моя постоянно открыта для публики, особенно для приезжих на пароходах. Сбор я предназначаю в распоряжение Феодосийского благотворительного общества.

На вопрос Ваш, какие картины я считаю лучшими, я ответить не могу по той причине, что положительно в каждой есть что-нибудь удачное; вообще не только между картинами в галерее, но между всеми моими произведениями, которых, вероятно, в свете до 6000, я не могу выбрать.

№ 256. Письмо И. К. Айвазовского Н. Н. Кузьмину со сведениями о Феодосийской картинной галерее и о своих намерениях. 1 ноября 1899 г. // Айвазовский : документы и материалы. - Ереван : Айастан, 1967. - С. 308.

В 1846 году Иван Константинович организовал в Феодосии первую выставку своих картин. На афише, подробно извещавшей об этом событии, были написаны знаменательные слова: "Выставка открыта для всех сословий". Это было в ту пору, когда выставки устраивались только в одной Петербургской Академии художеств. Во всей России тогда не было ни одного доступного для народа музея.

В 1847 году художник закончил строительство своего дома. В то время должность городского архитектора исполнял итальянец Сантино Бекарио. Не исключено, что при проектировании и строительстве здания Айвазовский мог советоваться с ним.

Ɵеодосiя. Домъ И. К. Айвазовскаго. Открытка. Начало XX века. Издано товариществом «Лаврецкий и Ковчанлы», Феодосия. Источник: https://disk.yandex.ru/a/F8mK0gEQ3ZPsEX

В середине ХIХ века дом художника поражал феодосийцев размерами, функционально ориентированными архитектурными формами, импозантностью интерьеров парадных гостиных, предназначенных для приемов, и внушительностью главного южного фасада в стиле неоренессанс.

На его террасах стояли мраморные и керамические скульптуры, привезенные из Италии. В простенках между окнами на консолях были размещены керамические статуи, символизирующие четыре вида искусства, в нишах - мраморные скульптуры Венеры и Аполлона. По аттику были установлены слепки с античных оригиналов Венеры Милосской, Геры, Геркулеса. Перед парадным входом в дом, на ограждении террасы, - два керамических грифона. На одной из террас был сооружен фонтан, напоминавший бахчисарайский «фонтан слез» (был разрушен во время гитлеровской оккупации Феодосии).

1880-1890 гг. Вид с балкона дома Айвазовских.
С правой стороны, на линии горизонта виднеется дача Суворина Алексея Сергеевича (1834-1912), русского журналиста, писателя и издателя «Нового времени». С левой стороны балкон дома мирового судьи Грамматикова Ивана Ставровича. Источник: https://pastvu.com/p/1480049

Через 35 лет Айвазовский пристроил к зданию большой зал специально для показа феодосийцам своих картин перед отправкой их на выставки в другие города России и за границу. Торжественное открытие картинной галереи было приурочено ко дню рождения Ивана Константиновича - 17 июля (по новому стилю эта дата приходится на 29 июля) 1880 года. Именно в Феодосии открылась первая в России периферийная публичная картинная галерея. В это время в Российской империи были доступны для посещения только два художественных музея — Эрмитаж в Петербурге и Румянцевский музей в Москве. И Третьяковская галерея, и Русский музей были открыты для народа на десяток лет позднее.

В выставочном зале были размещены 23 картины. А также копии античных скульптур и бюсты Пушкина и Глинки — любимого поэта и любимого композитора Айвазовского. Балконы галереи украшали модели прославленных кораблей русского военно-морского флота и чучела морских птиц.

К. О. Брож (с наброска И.К. Айвазовского). Открытие картинной галереи в Феодосии
Вырезка из журнала «Всемирная иллюстрация». 1880. Источник: Гайдук, Татьяна Викторовна (Директор Картинной галереи им. И. К. Айвазовского). Дом Айвазовского и его гости // Третьяковская галерея. - 2017. - № 1 (54). - С. 97

Самого художника в этот день приветствовали такими словами:

Торжество это не может иметь характера только Вашего домашнего празднества, так как произведения Вашей художественной кисти — достояние всей Европы и особенная гордость нашего города, колыбели Вашего таланта.

При жизни Айвазовского картины в галерее постоянно менялись. Здесь выставлялись последние из написанных им полотен. Затем они уезжали на выставки в Петербург, Москву, за границу, часто их там покупали состоятельные любители живописи. А на стенах галереи вместо них появлялись новые, так сказать, самые свежие работы мастера.

Выставочный зал картинной галереи И. К. Айвазовского. 1900 - 1915. Источник: https://feodosia.net/media/filer_public/e0/f8/e0f8fef0-66da-4fb9-9117-967d9ac9490b/kartinnaia_galereia_aivazovskogo_0_da96b_3f0c99c8_orig.jpg

Выставочный зал выглядел празднично. На его стенах висели большие картины, работы малых размеров были установлены на мольбертах. На темном фоне стен выделялись белые мраморные статуи – копии с античных скульптур.

Интерьер галереи И.К. Айвазовского в Феодосии. Фотография 1880–1890-е. Источник: https://tretyakovgallerymagazine.ru/articles/4-2016-53/velikii-marinist-i-tsarskaya-semya?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera

Выставочный зал и тогда соединялся переходом-балконом с мастерской художника.

И.K. Айвазовский работал легко и увлеченно, он мог воплощать свои замыслы с поразительной свободой. Особенно поражало современников то, как художник создавал небольшие картины, импровизируя, без предварительных натурных подготовительных рисунков. Литератор Василий Кривенко, гостивший у художника, так описал свои впечатления:

«В наш приезд в галерее работал Иван Константинович над большим полотном. В широком живописном халате, с палитрой и кистью в руках, с молодыми блестящими глазами, устремленными па оживающее полотно, художник был положительно эффектен. По легкости, видимой непринужденности, по довольному выражению лица можно было смело сказать, что такой труд — истинное наслаждение».

1898. Фотограф: Х. Б. Бабаев. Источник: https://www.tg-m.ru/articles/1-2017-54/dom-aivazovskogo-i-ego-gosti

Дом И. К. Айвазовского был открытым для друзей. В нем бывали и гостили многие выдающиеся деятели культуры того времени, художники, музыканты и артисты. Сцена в выставочном зале – это первые публичные подмостки Феодосии. Здесь выступали А. Рубинштейн, Г. Венявский, играли актеры Малого театра К. Варламов, К. Сазонов и другие выдающиеся мастера искусства того времени.

"Из прекрасной, большой и художественно обставленной белой залы с ярко оранжевой штофной мебелью, бюстами и портретами с автографами и самыми сердечными дружескими надписями "великих мира сего", Иван Константинович любил переходить с гостями на большой "исторический" балкон, где иногда они пили даже послеобеденный кофе. Балкон выходил на сверкающий южной зеленью бульвар и морскую бухту, вблизи которой расстилалось косой уходящее вдаль безбрежное лазурное море. Развалины старинной Генуэзской башни придавали всей местности особый исторический колорит, но и на самом балконе дома Айвазовского запечатлелась навеки историческая примечательность в виде турецкой бомбы, засевшей в стене во время бомбардировки города в 1878 году. Бомба пробила две стены в его доме и разорвалась в зале. И. К. рассказывал, "что осколком бомбы, лопнувшей в зале его, в Феодосии, был разбит его бюст, другой же, находившийся в зале бюст А. С. Пушкина, уцелел".

Кузьмин, Н. Н. Воспоминания об Айвазовском : К 125-летию со дня основания галереи. - Киев : Енергія+ ; Симферополь : Энергия дельта, 2005. С. 71.

Гостем Айвазовского в 1875 году был П. М. Третьяков. Их связывали добрые и уважительные отношения, о чем свидетельствует переписка, быть может, не столь интенсивная, но продолжавшаяся в течение четырех десятилетий. Московский собиратель вдумчиво отбирал для своей галереи лучшие произведения великого мариниста. А. С. Суворин (1834-1912), журналист, издатель, владелец одной из крупнейших издательских фирм России построил дачу в Феодосии, был дружен с Айвазовским и был частым гостем в его доме.

Больше всего посетителей в галерее было летом и осенью, когда в феодосийский порт заходили пассажирские пароходы. Мастерская Айвазовского находилась прямо за стеной галереи, и он нередко выходил к посетителям, разговаривал с ними. Входных билетов не существовало, не было и зафиксированной платы за посещение. Но на дверях была прикреплена кружка-копилка, и посетители опускали в неё деньги — кто сколько захочет. По воле художника эти средства поступали в Феодосийское благотворительное общество и распределялись среди самых бедных горожан.

В своём духовном завещании Айвазовский написал:

Моё искреннее желание, чтобы здание моей картинной галереи в городе Феодосии со всеми в ней картинами, статуями и другими произведениями искусства, находящимися в этой галерее, составляли полную собственность города Феодосии, и в память обо мне, Айвазовском, завещаю галерею городу Феодосии, моему родному городу.

По воле Айвазовского «заведывание галереей должно было быть возложено на достойнейшего из его внуков или правнуков». Но все пошло не так, как предполагал Иван Константинович. Должность директора галереи не привлекла ни одного из его внуков-художников. А.Э. Ганзен и К.К. Арцеулов жили в Петербурге и Москве и не помышляли о переезде в Феодосию. М.П. Латри хотя и жил в тридцати километрах от города, был так обременен своими многочисленными занятиями, что явно тяготился директорством и просил городскую управу освободить его от этих, не очень сложных в те годы обязанностей. Через два года аналогичное заявление в городскую управу поступило от зятя Айвазовского Н. Лампси. О непорядках в галерее и просьбе освободить его от заведования ею писал и член управы Ф. Дуранте (1907 г.).

В доме И. К. Айвазовского в честь прибытия французского миноносца "Leger" собрались: Луи Бертрен (второй слева), капитан миноносца, предводитель уездного феодосийского дворянства Н. М. Лампси, городской голова Л.А. Дуранте, старшие офицеры миноносца "Leger". Фотография от 4 (16) июня 1898 года на балконе дома И.К. Айвазовского. Источник: https://pastvu.com/p/1550721

Галерея и после смерти Ивана Константиновича продолжала существовать на основе сложившихся «семейных традиций». Единственным «официальным лицом», получающим жалованье от городской управы, был сторож Фома Игнатьевич Дорменко (1874 - 1944), который до этого был рабочим в экономии Айвазовского.

Из воспоминаний Виктора Александровича Ровицкого; его прадед, Франц Ксаверий Любич-Ровицкий, был городским головой города Старый Крым и предводителем дворянства Феодосии:

"Он был одним из спасителей не только картин Айвазовского, но и самой Анны Никитичны, и всей галереи в послереволюционный период и во время оккупации, во многом рискуя свободой и даже жизнью...
...Фома Дорменко был сторожем галереи, единственным «официальным лицом», получающим жалованье от городской управы до революции. И при советской власти охранял галерею, причем во все времена он это делал в самом широком смысле этого слова. Проживал тут же – во дворе во флигеле. Хотя дом его жены, в подвале которого ему удалось спрятать рулон картин Айвазовского во время оккупации, находился в конце улицы Галерейной.
Копии картин Айвазовского, которые Фома Дорменко со временем смог писать даже по памяти, что, бывало, он и делал, сидя у входа в галерею, «разлетались, как горячие пирожки». Настолько они были хороши и пользовались большой популярностью. Копии полотен великого мариниста, с подписью «Ф. Дорменко», зачастую украшали стены зданий феодосийских санаториев, других учреждений и частных лиц..."

Портная, Эвелина.Четыре века рода Ровицких // Победа. - 2022. - 30 июля (№ 79). - С. 10

Никакой бухгалтерии не велось, так как вход в галерею был бесплатным. Посетители по своему усмотрению могли опустить монету в кружку, укрепленную на дверях. Эти средства поступали в «Феодосийское благотворительное общество» и предназначались для помощи бедным.

Извлечение из книги Барсамов Н. С., Барсамова С. А. Феодосийская картинная галерея имени И. К. Айвазовского : К 75-летию со дня основания. - Симферополь : Крымиздат, 1955. - С. 121-122:

§ 1. Для заведования галереей Феодосийская Городская Дума, согласно п.9-го духовного завещания И.К.Айвазовского, избирает на 4 года достойнейшего из внуков или правнуков его, на которого возлагается забота, как о целости самого здания галереи и пристроек, перешедших вместе с галереей в собственность города, так и всего остального находящегося в картинной галерее имущества.

Примечание. В случае если из находящихся в живых внуков или правнуков Айвазовского никто не будет избран в заведующие галереей, то Дума может избрать кого-либо из посторонних.

§ 2. Кроме вышеозначенного пункта 1, на заведывающем лежит обязанность следить за внутренним распорядком в галерее, наем и увольнение служителей и представления Городской Управе о необходимых расходах и о ремонте галереи, каковой производится под наблюдением Городской Управы.

§ 3. Галерея, являясь, согласно пункту 9 завещания, собственностью города, содержится на средства, ассигнуемые по смете Феодосийской Городской Думой. Все расходы по галерее производятся Городской Управой. Все расходы по галерее производятся Городской Управой.

§4. Заведывающий действует во всем на основании сих правил под ближайшим надзором Городской Управы.

§ 5. При решении вопросов о галерее, заведывающий приглашается в заседание управы с правом голоса.

§ 6. Заведывающему выдается из Городской Управы копия описи всего имущества галереи и отбирается подписка в принятии означенного в описи имущества.

§ 7. Входная плата с посетителей, согласно пункту 9 (в) завещания, поступает в пользу Феодосийского благотворительного общества, которое организует сбор входной платы своими средствами.

§ 8. В галерее не могут быть устраиваемы ни спектакли, ни концерты, ни другого рода собрания.

§ 9. Всякий желающий воспроизводить копии с картин, находящихся в галерее, обязан получить от Городской Управы письменное разрешение.

§ 10. Правила для воспроизведения копий с картин, а также внутренний распорядок составляются заведывающим и утверждаются Управой и вывешиваются в галерее.

§ 11. С разрешения Городской Управы картины кисти Айвазовского, принадлежащие частным лицам, могут быть выставлены в галерее.

§ 12. За воспроизведение копий с картин Айвазовского, находящихся в галерее, плата не взимается. Копирование допускается только с тех картин, которые находятся в галерее.

§ 13. Продажа и хранение копий с картин Айвазовского воспрещается только в главном зале галереи, в свободных же комнатах галереи продажа и хранение копий допускается с разрешения Управы.

§ 14. Фотографирование картин Айвазовского в галерее допускается с разрешения Управы.

§ 15. Картинная галерея принимает на комиссионных началах продажу фотографий с картин Айвазовского.

§ 16. В месяцы с 1 апреля по 1 октября внутренний ремонт может быть произведен только в случае самой крайней необходимости.

§ 17. Галерея открыта в течение всего года и может быть закрываема только для внутреннего ремонта и уборки на самое короткое время.

«Феодосия в лунную ночь. Вид с балкона дома Айвазовского на море», 1881 г. Источник: https://мой-музей.рф/museums/tpost/xnbc8bnhj1-peizazh-s-avtoportretom-feodosiya-v-lunn

С 1900 по 1917 гг. заведующие часто менялись, общего руководства галереей по существу не было. К тому же, средства, выделяемые городской управой на ее содержание, были ничтожно малы. Так, в 1915 г. они составляли всего 589 рублей, из которых 389 рублей предназначались на наем сторожа, 100 – на отопление, 100 – на необходимые расходы. Вся работа по изучению наследия И. К. Айвазовского свелась в те годы к выпуску небольшого каталога-листовки, где были лишь перечислены названия находившихся в галерее картин знаменитого мариниста. Собрание совершенно не пополнялось; на стенах выставочного зала висели одни и те же произведения – полотна, подаренные художником городу.

Осенью 1914 г. (когда уже шла первая мировая война), в связи с угрозой бомбардировки города с моря, картины Айвазовского были перевезены в Симферополь, где они хранились в здании Офицерского собрания.

В марте 1918 года, с установлением Советской власти в Крыму, встал вопрос о возвращении картин Айвазовского в Феодосию. По распоряжению матроса Федорова — феодосийского комиссара Черноморского революционного отряда, для перевозки картин был предоставлен специальный вагон. Но открыть галерею в 1918 году не удалось. Началась Гражданская война. Картины были сложены в большом сарае во дворе галереи и замаскированы досками. Здание Картинной галереи в этот период нередко использовалось для постоя воинских частей. В одной из газетных заметок 1918 г. сообщалось, что постояльцами – германскими солдатами – «в галерее Айвазовского вырублены рамы окон и порублены на щепки скамьи».

С 1917 по 1920 год власть в городе менялась три раза. Когда Крым в 1918 году был оккупирован немецкой армией, местные власти решили открыть галерею. Картины были извлечены из сарая, повешены на стены. Местная газета (19 июля 1918 г., № 320) объявила об открытии галереи. Но вскоре германские войска были изгнаны из Крыма, и городская управа накануне прихода советских войск распорядилась опять спрятать картины в сарай.

После окончательного установления советской власти в 1920 году, когда было решено открыть галерею, кто-то распустил слух, что картины вывезли из Феодосии в неизвестном направлении. Годы были трудные, и вопрос о галерее был временно отложен. Так длилось два года, пока сотрудники уголовного розыска и ЧК случайно не обнаружили исчезнувшие картины. Акт об этом подписала, наряду с должностными лицами, и феодосийская подпольщица-большевичка Е. Д. Карницкая. Лица, повинные в укрывательстве государственного имущества, были привлечены к судебной ответственности, но в связи с амнистией осуждены условно. Расследование по этому вопросу тянулось длительное время — с января 1921 года по сентябрь 1922 года. В архиве галереи хранится шесть различных актов, составленных за это время.

14 декабря 1922 года вновь была открыта уже национализированная картинная галерея, экспозиция которой, как и прежде, помещалась в одном зале и состояла из 49 картин. Этому предшествовали правительственные постановления Советской власти об охране художественных ценностей. 11 августа 1921 г. Крымский ревком объявил дом Айвазовского с картинной галереей собственностью республики. Художественное наследие мариниста перешло в ведение Крымского отдела народного образования, в котором был создан специальный подотдел по делам музеев и охраны памятников старины и искусств.

Сохранилась выписка из протокола № 28 заседания полномочной комиссии СНК по делам Крыма от 26 июля 1921 года:

«СЛУШАЛИ: О картинной галерее Айвазовского.

Постановили: 1. Подтвердить распоряжение:

а) об освобождении дома Айвазовского от частных жильцов, складов и прочих учреждений как военного, так и гражданского ведомства с тем, чтобы использовать это здание исключительно для целей художественного назначения;

б) о восстановлении галереи Айвазовского, поручив Феодосийскому ревкому совместно с Наробразом взять на учет все оригиналы картин Айвазовского, находящиеся как у частных лиц, так и в ведении разных учреждений, выясняя, кем и когда и куда вывезены таковые;

в) о создании комплексной комиссии для срочной проверки и учета картин Айвазовского, находившихся в сарае, во дворе дома Айвазовского, и о перевозке этих картин в другое помещение, безопасное в пожарном отношении, до окончательного ремонта дома Айвазовского или особого на то распоряжения из центра;

г) довести до сведения Наркомпроса Луначарского и Отдела охраны памятников старины и искусства о плачевном состоянии картин Айвазовского и запросить директив для дальнейшего хранения».

На основании этого решения галерее был выдан следующий документ:

РСФСР Революционный Комитет
гор. Феодосии
29 августа 1921 года

ОХРАННАЯ ГРАМОТА
На основании постановления Крымревкома (телеграмма от 5.IX.1921 г.) и постановления полномочной комиссии ВЦИК и СНК по делам Крыма от 26 июля 1921 года, дом художника Айвазовского предназначается исключительно для художественных целей и освобожден от реквизиций как военных, так и гражданских ведомств и учреждений

Предревкома
Зав. наробразом (подписи)
Секретарь ревкома

Охранные грамоты были выданы также на мастерские К.Ф. Богаевского и М.А. Волошина и на квартиру А.Н. Айвазовской.

В первые послереволюционные годы в помещениях, предназначавшихся при жизни Айвазовского для гостей, поселился композитор А. А. Спендиаров. Он был в родстве с Айвазовским. Но не только это сближало их семьи. Известно, что Айвазовский очень любил музыку Спендиарова, построенную на восточных национальных мелодиях. Спендиаров и в те трудные годы продолжал заниматься композицией, музицируя в комнатах верхнего этажа дома Айвазовского. Он заканчивал работу над оперой «Алмаст».

В 1921 году при галерее были открыты художественно-творческие мастерские, в 1922‑м — художественная народная студия. Феодосийские мастерские со временем предполагалось реорганизовать в Крымский художественный техникум. А в студии были классы общего рисования, живописи, перспективы, истории искусств и пластической анатомии. Здесь обучались красноармейцы, дети рабочих и подмастерья плакатных мастерских. Кроме того, в здании галереи в 1921 году открылась детская музыкальная школа, в которой учились 180 детей.

Первым директором галереи Айвазовского стал художник и искусствовед Герасим Афанасьевич Магула (Слева - шарж О. Пшеславского. Начало 1920-х годов. Бумага, тушь, перо). Он организовал в Феодосии и уезде сбор художественных ценностей, брошенных эмигрировавшими. В 1922 г. на базе этих поступлений Г. А. Магула организовал в жилых комнатах здания Музей художественных ценностей. Он знакомил посетителей с произведениями прикладного искусства (фарфором, изделиями из серебра), старинной мебелью, оружием. В 1925 году решением музейной комиссии Наркомпроса РСФСР и Крымнаркомпроса музей закрыли, как были ликвидированы или слиты многие другие музеи, стихийно возникшие в первые послереволюционные годы. Художественные произведения из музея были переданы в первую очередь в галерею Айвазовского и в другие крымские музеи. Вещи, не имевшие музейного значения, по требованию Наркомфина после рассмотрения их специальной комиссией поступили во Внешторг и горфо для реализации. Освободившееся помещение было решено передать археологическому музею: он находился на окраине города.

Герасим Афанасьевич Магула родился в 1873 году. Учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества у В. Серова Примыкал к кругу художников общества «Мир искусства»; известен его акварельный портрет М. Волошиной, карандашные рисунки-эскизы на обложках журналов из библиотеки галереи Айвазовского. В 1910-х годах был сотрудником газеты «Новое время» и журнала «Лукоморье»: большинство его статей посвящено обзорам современной художественной жизни России. Член объединения Мир искусства. С 1920 года жил в Феодосии. В ноябре 1920 года возглавил Феодосийскую секцию КрымОХРИСА (Общества охраны памятников искусства), которая, в частности, производила учёт художественных ценностей Феодосийского уезда; среди её сотрудников были художники Максимилиан Александрович Волошин и Людвиг Лукич Квятковский (1896—1977). В 1922—1923 годах был директором картинной галереи имени И. К. Айвазовского. Умер в сентябре 1923 года от инсульта после конфликта с городскими властями по поводу деятельности музея.

Группа сотрудников газеты «Новое Время». В центре первого ряда — М. А. Суворин. Цветным карандашом выделен Г. А. Магула. Источник фото: https://ru.wikipedia.org/wiki/Файл:Novoye_Vremya's_staff.jpeg?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera

В 1922 г. галерея Айвазовского была включена в сеть государственных музеев страны. В ее помещениях произвели ремонт, и 17 декабря, после восьмилетнего перерыва, она вновь приняла посетителей.

В 1923 г. её директором стал Н. С. Барсамов (1892-1978). Следующие пол века истории галереи были связаны с именем этого выдающегося человека, автора самого полного исследования жизни и творчества маэстро, одаренного педагога и талантливого художника.

Начиная с 1925 года, в Феодосийской картинной галерее регулярно устраивались выставки.

Порт и железная дорога дали Феодосии новую жизнь, и если бы «благодарная Феодосия» собралась, наконец, поставить памятник Айвазовскому, то славный художник мог бы быть изображен, подобно пушкинскому Петру, стоящим на берегу «пустынных волн» и мечтающим о том, как «назло надменному соседу», т. е. Севастополю, здесь возникнет новый город, и как сюда, «по новым им волнам все флаги в гости будут к нам...».

Галабутский, Юрий. Айвазовский. По личным воспоминаниям (к 100-летию со дня смерти художника) // Крымский альбом : Истор.-краевед. и лит.-худож. альманах. - 2000. - С. 116.

Знаменитый памятник Айвазовскому возле картинной галереи, «позирующий» на всех видовых открытках Феодосии, появился там 1 мая 1930 года.

До революции в штате галереи не было ни экскурсоводов, ни научных работников. Продавалась листовка типа театральных программ того времени, в которой указывались наименования картин, но не было хотя бы самых общих сведений о жизни и творчестве Айвазовского, о галерее, о наиболее значительных картинах. Просветительская деятельность галереи сводилась к минимуму. Еще при жизни Айвазовского были опубликованы автобиографические воспоминания художника в малораспространенном журнале «Русская старина». После его смерти, в 1901 году, издатель Ф. Булгаков выпустил монографию-альбом, составленную H. Н. Кузьминым по материалам автобиографии.

О творчестве Айвазовского при его жизни было написано много статей в газетах. Но они печатались далеко от Феодосии и не способствовали популяризации картинной галереи. В 1917 году, в связи со столетием рождения мариниста, в Феодосии впервые вышла брошюра «И. К. Айвазовскому», составленная журналистом В.Д. Гейманом. Но и ее содержание было мало связано с коллекциями галереи.

После Октябрьской революции в галерею стали приходить экскурсии школьников и рабочих местных предприятий, краснофлотцев. Впервые начали работать экскурсоводы, которые сообщали сведения о жизни Айвазовского и поясняли содержание картин.

Чтобы облегчить им знакомство с картинами, в 1926 году в Феодосии была выпущена первая в советское время брошюра «И. К. Айвазовский и Феодосийская галерея». В ней сообщались краткие сведения об Айвазовском и галерее, был приложен каталог выставленных картин. Брюшюра имела скромный вид, в ней не было ни одной иллюстрации, однако выглядела она опрятно, была набрана хорошим шрифтом и отпечатана на хорошей бумаге.

В 1926 году был издан первый путеводитель по галерее. Его тиража едва хватило на один год. В следующем, 1927 году мы выпустили брошюру «Феодосийская картинная галерея — очаг живописной культуры в Крыму». Она содержала сведения о картинах галереи. В течение года разошелся весь тираж и этой брошюры, так что в 1928 году была издана третья книжечка — «Художники Феодосии — И.К. Айвазовский, А.Ф. Лагорио, А.И. Фесслер, К.Ф. Богаевский, М.А. Волошин, М.П. Латри». Она впервые ставила вопрос об организации в Феодосии такого художественного музея, коллекции которого знакомили бы посетителей с живописью художников-феодосийцев. В брошюре рассказывалось о том, почему в экспозицию включены картины ограниченного круга художников — учеников Айвазовского и художников, чье творчество связано с изображением природы Крыма и Черного моря. Были даны шесть кратких очерков о жизни и творчестве шести феодосийских художников и дан краткий каталог их картин.

В 1930 году была издана первая в советское время монография об И. К. Айвазовском. В самые трудные годы, когда не было бумаги в Феодосийской типографии (1934 г.), Картинная галерея выпустила путеводитель по галерее на грубой серой оберточной бумаге. И что показательно — не слышали ни одной жалобы на низкое качество бумаги и примитивное оформление путеводителя. Потребность в литературе об Айвазовском была настолько велика, что весь тираж вскоре полностью разошелся. В галерее остался только один экземпляр путеводителя 1934 года, который хранится как реликвия.

Привычное сейчас понятие — массовая музейная работа плохо вяжется с более чем скромным в те годы объемом этой работы. В первые послереволюционные годы, в 1922—1923 годах галерею в среднем посещало 14—15 человек в день. Начиная с 1922 года, можно проследить неуклонный рост посещаемости галереи. По сравнению с 1922 годом в 1930 году количество посетителей выросло в шесть раз (с 4175 до 24824 человек).

Н. Барсамов. 45 лет в галерее Айвазовского

1939 год. Коллегия ОГПУ в картинной галерее. Источник: https://pastvu.com/p/2043626

Перед Великой Отечественной войной благодаря деятельности Н. С. Барсамова и других сотрудников галереи собрание картин И. К. Айвазовского увеличилось почти в пять раз. Многие работы поступили из Центрального музейного фонда и некоторых музеев страны.

30 сентября 1941 года, когда прорвавшийся на Арабатскую стрелку враг оказался в 25—30 километрах от Феодосии, было принято решение о немедленной эвакуации картин из города. Весной 1944 года Крым был освобожден от фашистов. 5 ноября 1944 года картины в полной сохранности вернулись в Феодосию.

26 мая 1944 года газета Известия Советов депутатов трудящихся СССР опубликовала статью специального корреспондента В. Белявского. Он познакомился с Ф. И. Дорменко и П. В. Даниловым сразу после освобождения города, а живые свидетели той эпохи рассказали, как они спасали сокровища галереи и как начали восстанавливать музей:

"Два глубоких старика - семидесятидвухлетний камердинер Айвазовского Фома Игнатьевич Дорменко и его ровесник экскурсовод дома-музея Айвазовского - Петр Валерьянович Данилов решили остаться в доме, когда наши ушли из Феодосии. Они говорили, что покинуть музей им никак нельзя, что они обязаны сохранить для своего народа редчайшие экспонаты многовековой культуры и, наконец, отстоять самый дом, в котором творил Айвазовский и в котором, в мастерской покойного, в последние годы обитала беззаботная шумная юность двух десятков учеников художественной студии, влюбленных в море, прекрасное и изменчивое, как сама жизнь.

Немцы, пришедшие в Феодосию, требовали «яйки», совали окурки в пасти мраморных генуэзских львов и дико ржали, потешаясь над смешным стариком в ветхом суконном картузе, по морщинистому лицу которого текли, теряясь в седой бороде, слёзы, когда они тащили из музея для устройства амбразур каменные плиты с греческими письменами эпохи Митридата VI. Вскоре гитлеровцы заполнили всё побережье, заминировали пляжи и оплели их колючей проволокой, развесив на ней пустые консервные банки. Банки эти гремели на ветру, как гремит железо, сорванное ураганом с кровли осиротелого дома. Крым принял вид гигантского концентрационного лагеря.

Проволочные заграждения опоясали со стороны моря и памятник Айвазовскому, и музей так, что доступ в него стал теперь возможен только со двора. Впрочем, горожане перестали посещать его ещё раньше, с первого дня прихода немцев в Феодосию...

Как-то к дому Айвазовского подкатила кургузая малолитражка, и из неё вывалился круглый розовый человечек в очках и фетровой шляпе. Он назвал себя профессором, представителем особого штаба Розенберга и, быстро пройдясь по залам, сделал кистью руки и растопыренными короткими пальцами мясника некое хапательное движение, как если бы он ловил кружившуюся перед его носом муху, и сказал:

- Это всё, что здесь есть, конфисковано.

После этого визита старики, не сговариваясь, остались на ночь в музее. При тусклом свете каганца они торопливо упаковывали, зарывали в землю и прятали в потаенных местах подвалов и чердаков, среди всякой рухляди все, что было поценнее и что под силу им, и к рассвету замуровали даке, обложив камнями и обмазав глиной, поруганных генуэзских львов. Но то, что они успели схоронить, было лишь частью остававшихся в музее ценностей. Визит же розенберговского профессора явился как бы сигналом к организованному разгрому дома Айвазовского. Днём немцы пригнали к музею три грузовика. Солдаты содрали со стен картины, свергли с пьедесталов веселых богов, и машины отбыли.

Белявский В., спецкор. Бессмертие // Известия Советов депутатов трудящихся СССР, 28-й год издания. - 1944. - 26 мая (№ 124 (8426)). - С. 4.

Газета «Правда» 13 декабря 1944 года напечатала сообщение: «Феодосия, 12 (ТАСС). Единственное по полноте собрание картин великого русского мариниста Айвазовского возвращено на родину художника в Феодосию. В начале войны картины были вывезены в Краснодар, затем в Ереван. После капитальных восстановительных работ в Феодосийской галерее, разрушенной немецкими оккупантами, картины будут вновь выставлены для широкого обозрения». Подобное же сообщение напечатала газета «Известия» (17 ноября 1944 года).

О том, что представляло собой здание галереи после черных дней гитлеровской оккупации, рассказали Николай Степанович и Софья Александровна Барсамовы:

«Дом Айвазовского представлял мрачное зрелище. Ни одна бомба... ни один тяжелый снаряд не попали в него, но он был исковеркан мелкими снарядами; штукатурка на нем осыпалась, кровля расползлась и представляла груды черепков, и сам дом как будто осел и врос в землю. В главном выставочном зале не существовало огромного стеклянного перекрытия. В большом доме нашлась только одна комната (бывшая мастерская), в которой были целы двери и окна, не протекала крыша... Ночью в пустых залах ветер свистел, как на палубе корабля в бушующем море».

Н. Барсамов, С. Барсамова. Феодосийская картинная галерея имени И. К. Айвазовского. Крымиздат, 1955, с. 50-51.

1945. Источник: https://pastvu.com/p/1476432

Из воспоминаний Н. С. Барсамова:

"Большие трудности пришлось преодолеть при устройстве пола в главном зале. При Айвазовском в 1890 году был настлан паркетный пол. Но в 1922 году на кирпичном заводе во время летнего ливня прорвало плотину. Вода хлынула по Галарейной улице, образовала у дома Айвазовского бурлящее озеро, затопив помещения нижнего этажа. В главном зале вода поднялась на метр. Вскоре она ушла, но последствия «наводнения» давали себя чувствовать многие годы. Задержалась сырость в каменных стенах, сложенных из рыхлого ракушечника, задержалась она и под полом. Стал разрушаться под паркетом «черный пол», а потом и паркетная клепка.

К 1945 году «черный пол» и балки почти полностью сгнили, паркет держался только на шпонах, местами проседая до грунта. Невозможно было рассчитывать на то, что галерея в течение ближайших лет сможет получить доброкачественный лес и клепку для восстановления пола площадью в 200 квадратных метров. Поэтому мы решили сделать в главном зале цементные тонированные полы".

Уже к весне 1945 года большая часть залов была отремонтирована. В мае 1945-го открылась выставка произведений И. К. Айвазовского, приуроченная к 45-летию со дня его смерти. На ней экспонировались 152 работы мариниста.

2 мая 1946 года галерея была полностью восстановлена. После пятилетнего перерыва все ее залы вновь открылись для посетителей. В первый послевоенный год значительно увеличилось количество живописных и графических произведений в собрании Феодосийской галереи. В ее фонды поступило 583 работы.

Улица Галерейная. 1960-е гг. Вход в галерею. Источник: https://pastvu.com/p/1972334

В результате розысков из Симферополя сразу поступило 180 работ К. Ф. Богаевского. Это были картины из мастерской художника, которые немецко-фашистские захватчики не успели вывезти в Германию. Некоторые граждане Феодосии сами приносили в галерею картины, часть которых была приобретена. Несколько картин поступило из Феодосийского краеведческого музея, Комитет искусств РСФСР передал галерее папку с 60 рисунками И. К. Айвазовского. Часть работ К. Ф. Богаевского, вывезенных из феодосийской мастерской в Германию, была возвращена после окончания войны в Симферопольский краеведческий музей, а оттуда они поступили в Феодосийскую галерею. Тогда же был оборудован и открыт при галерее лекторий на 120 мест. В лектории читаются лекции о русском изобразительном искусстве, о жизни и творческом пути Айвазовского. Их по нескольку раз в месяц читают для отдыхающих в феодосийских санаториях, что значительно расширяет популяризаторскую работу галереи.

В 1947 году в галерее открылся мемориальный отдел, в котором выставлены подлинные документы и копии с документов, имеющих отношение к жизни и творческой деятельности Айвазовского и к работе картинной галереи за все время ее существования. Этот отдел, материалы которого в иных условиях могли бы составить экспозицию отдельного мемориально-бытового музея, в Феодосийской галерее служит вводным отделом. Таким образом, была создана цельная по замыслу экспозиция, отражающая состояние изобразительного искусства в Крыму за сто лет (с начала XIX до начала XX века).

1984 год. Картинная галерея. Фото Р. Якименко. Источник: https://pastvu.com/p/1300176

1988-1989. Главный выставочный зал. Фото. В. Крымчак. Источник: https://pastvu.com/p/1300180

В настоящее время собрание галереи – это уникальный комплекс произведений живописи, графики, архивных документов и фотодокументов, мемориальных вещей и предметов декоративно-прикладного искусства – всего более 13 тысяч экспонатов. Основу собрания составляют произведения И.К. Айвазовского (416 работ живописи и графики). Представлены также произведения маринистов XIX века, учеников и внуков И.К.Айвазовского, западноевропейских маринистов ХVII – ХIХ вв., художников Юго-Восточного Крыма – Л. Ф. Лагорио, М. П. Латри, К. Ф. Богаевского, М. А. Волошина, Н. С. Барсамова, современных художников.

Экспозиция располагается в 2-х зданиях – уникальных памятниках архитектуры ХIХ века – в доме И.К. Айвазовского и особняке его сестры.

Книги и статьи

1. Айвазовский : документы и материалы / сост.: канд. искусствоведения М. С. Саргсян, Г. Г. Арутюнян, Г. М. Шатирян ; под ред. проф. З. Г. Башинджагяна ; Архивное упр. при Совете Министров Арм. ССР. Центр. гос. ист. архив Арм. ССР. - Ереван : Айастан, 1967. - 406 с., 14 л. ил. : факс.; 20 см. Уникальное издание документов, писем И. Айвазовского, его автографы и фотографии.
2. Айвазовский, Иван Константинович (художник ). Мой адрес - всегда Феодосия: Из высказываний и писем / И. К. Айвазовский // Крымский альбом. 1997. Историко-краеведческий и литературно-художественный альманах. - Феодосия - Москва : Издательский дом "Коктебель", 1997. - С. 218-220 : ил.
3. Барсамов Н. С. Иван Константинович Айвазовский / под общ. ред. чл.-кор. Акад. художеств СССР Н. Машковцева. - Симферополь : Крымиздат, 1953 (вып. дан. 1954). - 259 с., 25 л. ил. : ил. Аннотация: Первая полная биография художника, написанная первым директором галереи. Включает главы о жизни и творчестве, о творческом наследии, о картинной галерее, письма И. Айвазовского и его автографы.
4. Барсамов Н. С. 45 лет в галерее Айвазовского : мемуары / Н. С. Барсамов. - Симферополь : Крым, 1971. - 256 с. : ил
5. Барсамов Н. С., Барсамова С. А. Феодосийская картинная галерея имени И. К. Айвазовского : К 75-летию со дня основания. - Симферополь : Крымиздат, 1955. - 64 с.; репрод.
6. Барсамова С. А. Галерея Айвазовского : Путеводитель. - Симферополь : Крым, 1968. - 71 с.; репрод.
7. Белявский В., спецкор. Бессмертие // Известия Советов депутатов трудящихся СССР, 28-й год издания. - 1944. - 26 мая (№ 124 (8426)). - С. 4.
8. Виноградов, К. Тайна завещания Айвазовского : Что мы знаем о последней воле маэстро : биография отдельного лица / К. Виноградов // Победа. - 2011. - 5 мая. - С. 5 : ил.
9. Гайдук Т. В кладовую маэстро : (об особой кладовой картинной галереи Айвазовского) / Т. Гайдук // Победа. - 2004.- 31 июля. - С. 6.
10. Гайдук, Т. И. К. Айвазовский и его Картинная галерея : историческая литература / Т. Гайдук. - Текст : непосредственный // Черное море. - 2007. - №: 1. - С. 9-12 ; Материалы международной научной конференции, посвященной 125-летию основания картинной галереи им. И. К. Айвазовского "И. К. Айвазовский и его картинная галерея. итоги и проблемы музейной работы". - Феодосия, 2005. - С. 14-16.
11. Гайдук Т. И. К.Айвазовский и его Картинная галерея / Т. Гайдук // Черное море. - 2007. - №: 1. - С. 9-12.
12. Галабутский, Юрий. Айвазовский. По личным воспоминаниям (к 100-летию со дня смерти художника) / Ю. Галабутский // Крымский альбом : Истор.-краевед. и лит.-худож. альманах. - 2000. - С. 115-126 : фот.
13. И. К.Айвазовский и его картинная галерея : Живопись / Авт-сост. Т. Гайдук. - Киев : Енергія+, 2005. - 16 с. : ил. - (Национальная картинная галерея им. И.Айвазовского. Коллекции нашего собрания)
14. Касацкая, И. Дом у моря : Картинная галерея им. И. К. Айвазовского / И. Касацкая // Голубь Масиса. - 2017. - № 3. - С. 20-22 : фот. цв.
15. Киржайкина, Ольга (научный сотрудник Картинной галереи им. И. Айвазовского). Иван Константинович Айвазовский - меценат и общественный деятель / О. Киржайкина. - Текст : непосредственный // Победа. - 2022. - 16 июля (№ 73). - С. 16 : фот. ; Победа. - 2022. - 23 июля (№ 76). - С. 16 : фот.
16. Кузьмин, Н. Н. Воспоминания об Айвазовском : К 125-летию со дня основания галереи / Н. Н. Кузьмин. - Киев : Енергія+ ; Симферополь : Энергия дельта, 2005. - 120 с. : ил.
17. Кузьмин, Николай Николаевич. Пленник моря. Встречи с Айвазовским / Николай Кузьмин. - Москва : Алгоритм, 2017. - 288 с. : ил., портр. ; 21 см. - (Я помню его таким). - В приложениях переписка И. К. Айвазовского.
18. Лосев, Дмитрий. Отец города. Иван Айвазовский и Феодосия: история взаимоотношений / Д. Лосев // Третьяковская галерея. - 2017. - № 1 (54). - С. 64-73 : цв. ил.
19. Лосев, Дмитрий.Отец города. Иван Айвазовский и Феодосия: история взаимоотношений / Д. Лосев // Третьяковская галерея. - 2017. - № 1 (54). - С. 64-73 : цв. ил.
20. Национальная картинная галерея им. И. Айвазовского : Путеводитель / Авт-сост. Т.Колчина. - Киев : Энергия плюс, 2004. - 48 с. : ил. - (Национальная картинная галерея им. И.Айвазовского. Коллекции нашего собрания)
21. Обуховская, Людмила Анатольевна. Завещанное Айвазовским / Л. А. Обуховская // Достояние республики. - Симферополь : Бизнес-Информ, 2014. - С. 363-369 : ил.
22. Портная, Эвелина. Четыре века рода Ровицких / Э. Портная. - // Победа. - 2022. - 30 июля (№ 79). - С. 10-11 : фот. Воспоминания включают и сведения о знакомстве с Фомой игнатьевичем Дорменко.
23. Путеводитель по Феодосийской картинной галерее им. И. К. Айвазовского : путеводитель / сост.: С. Барсамова, Н. Барсамов. - Киев : Держ. вид-во оброзотворчого мистецтва і муз. літ-ри, 1959. - 152 с. : ил.
24. Путеводитель-каталог по Феодосийской картинной галерее им. И. К. Айвазовского. Часть первая / Сост. С. А. Барсамова. - Симферополь : Крымиздат, 1949. - 64 с.
25. Трубнякова, Таисия. "И в память обо мне..." Из истории коллекции галереи / Т. Трубнякова // Крымский альбом : Истор.-краевед. и лит.-худож. альманах. - Феодосия - Москва : Издательский дом "Коктебель", 1997. - Вып. 2. - С. 213-217 : фот.
26. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского : Путеводитель-каталог / Сост. хранитель галереи С. А. Барсамова. - Симферополь : Крымиздат, 1954. - 120 с.; репрод. Каталог сгруппирован по отделам галереи, биографические справки, описания картин.
27. Феодосийская картинная галерея имени И. К. Айвазовского : Альбом / автор-сост. С. С. Полун. - Киев : Мыстецтво, 1988. - 151 с; ил. На украинском, русском, английском; резюме на немецком, французском языках.
28. Феодосийская картинная галерея имени И. К. Айвазовского : Путеводитель / Сост. хранитель галереи С. А. Барсамова. - Киев : Мыстецтво, 1965. - 88 с; [22] л. ил.
29. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского : путеводитель / И. М. Погребецкая [и др.]. - Изд. 4-е, доп. - Симферополь : Таврия, 1987. - 95, [1] с., [16] л. цв. фот. ; 17 см. - Библиогр. в подстроч. примеч.

Парусный корабль с комнатами-каютами, где родились лучшие романы Александра Грина

Epicfails — Sat, 28 Jun 2025 10:42:51 GMT

Парусный корабль с комнатами-каютами, где родились лучшие романы Александра Грина

55 лет со дня открытия Феодосийского литературно-мемориального музея А. С. Грина

На фото: В "Каюте капитана" (слева направо): Резвин, С. Бродский, В. Гринберг, Г. Золотухин (1969 год).

"Итак, мы решили переехать в Крым. Надо было выбрать город. Из поездки 1923 года мы вынесли отчетливое впечатление, что жизнь в Севастополе, Ялте, вообще на южном берегу — не для нас. Нам нужен был небольшой тихий городок на берегу моря.

Александр Степанович предложил Феодосию. Он смутно помнил ее со времен юности, когда несколько месяцев просидел в феодосийской тюрьме. Стали разузнавать. Встретили каких-то железнодорожников, те рассказали о Феодосии, как о тихом, очень дешевом сонном городке. Это нам понравилось.

Вскоре мы услышали, что приехал в Петроград крымский поэт М. А. Волошин. Александр Степанович решил съездить к нему и еще порасспросить. Оказалось, что М. А. Волошин не только крымский, а даже почти феодосийский, — живет в Коктебеле, местечке километрах в восемнадцати от Феодосии. Но из беседы с ним Александр Степанович ничего не вынес, кроме того, что вопреки ужасам, рассказываемым Волошиным о Феодосии, решил поселиться именно в ней".

Н. Н. Грин.Воспоминания об Александре Грине

Грины остановились в гостинице «Астория». Недели через две подыскали недорогую комнату — полуподвал с низким потолком, с подоконниками на уровне тротуара, каких было немало в старой Феодосии. Вскорости Грины перебираются в небольшую трехкомнатную квартиру на Галерейной, 8 (теперь — 10) — ту самую, где сегодня находится литературно-мемориальный музей писателя. Одноэтажный дом в ряду похожих на него таких же зданий с двускатной крышей под красной изогнутой черепицей «татаркой».

«Теперь у нас была довольно большая полутемная столовая, комната побольше для работы Александра Степановича (в ней же мы и спали) и совсем крошечная — для мамы, а внизу — шесть ступенек — большая, низкая, разлаписто живописная кухня. Если Александр Степанович работал поздно вечером, он уходил из кабинета в столовую, чтобы не мешать мне курением. Через несколько месяцев нам удалось присоединить к нашей квартире еще одну совсем изолированную комнату, которая стала рабочей комнатой Александра Степановича... В этой квартире мы прожили четыре хороших, ласковых года».

Н. Н. Грин. Воспоминания об Александре Грине

Шесть лет прожил Грин в Феодосии: четыре года — в квартире на Галерейной, 10, остальные два — в квартире одноэтажного углового дома по ул. Куйбышева, 31 (бывшая Верхне-Лазаретная, 7). Гостить у них будут Вересаев, Волошин, Богаевский, Шенгели…

Писатель любил Феодосию за спокойствие, недорогую жизнь, удобную железную дорогу – он нередко ездил в Москву по издательским делам. Феодосийский период стал одним из самых плодотворных в творчестве Грина. За это время появились четыре романа, две повести, около сорока рассказов, начаты «Автобиографическая повесть», роман «Недотрога». В 1925 году опубликован роман «Золотая цепь» и повесть «Сокровище африканских гор».

В 1928 году им был закончен роман «Бегущая по волнам», который только через год с трудом удалось напечатать в издательстве «Земля и фабрика». Тогда же А. Грин закончил роман «Джесси и Моргиана», в 1929 году напечатанный издательством «Прибой». В том же году А. Грин написал роман «Дорога никуда», опубликованный издательством «Федерация» в 1930 году. Во всех этих произведениях можно обнаружить знакомую линию берега Восточного Крыма, рисунок скалы, тип улицы, общее настроение при взгляде на горы или на силуэты судов в Феодосийском порту.

Узнав о намечающемся создании музея А.Грина в Феодосии, Нина Николаевна Грин писала: «Организацию музея А.С.Грина в Феодосии… я могу только приветствовать. Со своей стороны я окажу возможную помощь…»

Именно в доме на Галерейной, в доме № 10 поклонники творчества писателя-романтика Александра Грина решили создать литературно-мемориальный музей. Дом, в котором снимал квартиру Александр Грин, был построен в 1891 году, на фасаде две мемориальные доски, одна из которых гласит: «В этом доме с сентября 1924 по апрель 1929 года жил и работал писатель-романтик Александр Грин», вторая сообщает об известных людях, которые были в гостях у Александра Грина.

Середина 1960-х. Улица Галерейная, дом 8 (ныне - 10). Левый угол дома с двумя окнами (где жил А.С. Грин), каменное перекрытие и часть соседнего одноэтажного здания. Источник: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=45380529

9 июля 1970 г. состоялось открытие Феодосийского музея А.С.Грина как отдела краеведческого музея, в состав которого вошел Дом-музей Грина в Старом Крыму, официально признанный 8 июля 1971 г. 16 июня 1978 г. музей получил самостоятельность и стал именоваться: Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С.Грина.

1976 год. Музей А. Грина. Вход в музей и очередь из посетителей. Источник: https://pastvu.com/p/1734649

Но до этого момента была настоящая борьба подвижников за создание музея в городе. Не сохранилось вещей, принадлежавших Грину, не было документов, книг, рукописей – всего того, что составляет ныне основу музея писателя. Была проведена огромная самоотверженная работа: поиски материалов о жизни и творчестве А. С. Грина, уточнение фактов его биографии. И одновременно: ремонт помещения, составление тематико-экспозиционных планов, определение структуры будущего музея, поиски его художественного образа.

Среди подвижников музея - Геннадий Иванович Золотухин, человек, который стал душой и сердцем еще нерожденного музея и который сделал максимум возможного (да подчас и невозможного!), чтобы гриновский музей был. Г. И. Золотухин окончил историческое отделение историко-филологического факультета Воронежского государственного университета в 1957 году. С конца 1950-х годов работал в школах Симферополя и в Крымском областном архиве, с 1960 года – старший инспектор управления культуры Крымского облисполкома.

Еще задолго до начала работы по созданию музея он стал собирать все издания, все вещи, имеющие хоть какое-то отношение к писателю. Во время своих отпусков объездил много городов с единственной целью: встретиться с гриноведами и местами, где бывал Александр Грин. Геннадий Иванович передал в музей собранные им экспонаты (около 300), они и послужили основой фондов и экспозиции.

С осени 1966 г. началась история тяжелейшей борьбы за музей Грина в Феодосии. Противниками выступили руководство Феодосийского горисполкома и горкома. В сентябре 1966 г. Феодосийский горисполком принял решение о сносе дома, где должен был быть музей. Самой острой проблемой было отселение жильцов из дома Грина. Нужно было отселить три семьи. Горисполком соглашался только на две. Г. Золотухин пишет, что они "пошли на это, но предложили освободить те именно две квартиры, где при Грине была спальня (там написана «Бегущая по волнам») и мемориальный рабочий кабинет писателя. Горисполком решил по-своему: переселил жильцов из первой и третьей квартир и оставил жить других во второй. Этим музей был поставлен в тяжелые условия. Он лишался главного − уникального мемориального рабочего кабинета". Только в конце 1968 г., вызвав комиссию Министерства культуры УССР, основатели музея добились освобождения мемориального рабочего кабинета.

Часть фасада дома по улице Галерейная, 10. Перед зданием - три дерева. Сквозь листву видны три окна, одно из которых открыто (рабочий кабинет А.С. Грина в 1926 - 1929 гг.). Источник: https://pastvu.com/p/1884957

Среди документов в фондах музея хранится письмо Г. И. Золотухина, написанное летом 1969 года. В нем Геннадий Иванович рассказывает, с каким трудом в борьбе с чиновниками создавался в нашем городе музей писателя и о замечательных людях, с которыми сводила его судьба в то время. А в самом конце письма есть такие строки:

«31 июля к нам приезжает большой совет принимать четыре комнаты с интерьером и экспозицией. Остались считанные дни. Все комнаты завалены досками, картами, бумагой, экспонатами. Завтра должны доставить 400 метров сизальского каната – из самой Танганьики. Не шучу».

Канаты и сейчас можно увидеть в интерьере музея: они являются неотъемлемой частью экспозиции.

В сентябре 2018 г. сотрудники музея обнаружили в книге отзывов запись Александра Духовского – гостя из Санкт-Петербурга:
«В августе – сентябре 1969 года я проходил практику в пос. Орджоникидзе на торпедном заводе. Часто по вечерам мы приезжали в Феодосию отдохнуть и погулять. (Нам было по 20 лет). Однажды вечером мы увидели такую сцену. У здания, которое впоследствии стало музеем, сидит мужчина лет 30-ти (очевидно, Г.И. Золотухин. – Н.Я.), взявшись за голову, на двух бухтах корабельного троса. Мы его спросили: Что это такое и почему Вы так сидите? Он ответил, что здесь создается музей Грина, и эти тросы нужны для оформления интерьера. Ему привезли эти тяжеленные бухты из порта. Грузчики выбросили всё на землю и уехали.
Когда он узнал, что мы из Ленинграда, он понял, что ему повезло. Он попросил нас перегрузить все эти бухты. Пока мы перематывали эти канаты в дом, он рассказывал нам о Грине, его творчестве. Вероятно, это была самая первая экскурсия в этом музее.
Мне очень приятно, что эти тросы по-прежнему украшают музей».

Яловая, Наталья. Самая первая экскурсия / Н. Яловая // Победа. - 2018. - 16 окт. - С. 4

Создав замечательный музей и проработав в нем четыре года, Г. И. Золотухин был вынужден покинуть Феодосию. Впоследствии он в течение 21 года был директором музея-заповедника А.С.Пушкина в Болдино.

В 1965 году вышло собрание сочинений Александра Грина в 6 томах. Иллюстрации к ним выполнил известный Московский архитектор, скульптор и художник Савва Григорьевич Бродский. Когда Геннадий Золотухин увидел эти иллюстрации, он сразу понял, что именно этот художник сумеет оформить музей Грина в Феодосии в духе писателя и пригласил его для этой работы в Феодосию. На тот момент Бродский был известным скульптором и архитектором.

Бродский С. Г.: Альбом. Самый гриновский художник. Графика / Сост. С. Титова; предисл. Л. Ковтун. - Феодосия : арт Лайф, 2013.

Савва Григорьевич принял предложение крымчан и приехал в Феодосию. Изучив материал, он предложил создать музей-корабль. Образ музея-корабля настолько естественно вытекает из самой сути гриновского творчества, что кажется, будто так было всегда: фонари, канаты, якорь у входа и даже барельеф бригантины, без которого сейчас почти невозможно представить Галерейную улицу. Его идея всем пришлась по душе. Над созданием музея под руководством Саввы Бродского работали бригада мастеров из Симферополя и Москвы. Им помогали местные жители, моряки – приносили из дома свои коллекции, различные морские приборы.

На улице Галерейной появился музей-корабль, где ярко и зримо передан своеобразный характер творчества А. С. Грина, где представлена не только жизнь писателя, но и мир его героев.

1950-1960-е гг. Кондитерская "Лакомка", фасад которой послужит для установки панно "Бригантина" С. Бродского. Источник: https://pastvu.com/p/1485995

С.Бродский (справа) во время установки панно Бригантина. 1981. Источник: https://feomuseygrina.ru/2021/01/25/художнику-не-надо-памятника/

1981 г. Панно "Бригантина" на месте бывшей кондитерской "Лакомка". Источник: https://pastvu.com/p/1916439

Музей сделан в виде корабля – каждый зал представляет собой отдельную каюту.

В экспозиции музея воплощен дух романтического творчества Александра Грина. Небольшой одноэтажный дом сохранил мемориальность своих стен, но получил необычное оформление. Здесь белые стены обшиты темным деревом и сизальским канатом. Комнаты этого необычного музея напоминают каюты, имеющие звучные названия: Трюм фрегата, Каюта странствий, Клиперная, Ростральная, Каюта капитана.

Ступив «на борт корабля» мы попадаем в Гринландию. Авторской карты страны не существует. Все карты Гринландии появились гораздо позже - во второй половине ХХ века и созданы художниками или просто любительские, фанатские.

Первое, что мы видим в музее – это панно-карта «Гринландия». Рельефное панно создал С. Г. Бродский.

Поэтический, живописный мир, пленивший воображение матроса Тарта, – это природа маленького, затерявшегося в просторах океана острова Рено, с которого началась Гринландия. «Остров Рено» – первый романтический рассказ Александра Грина, действие которого происходит в вымышленной стране, с географическими названиями, «не похожими ни на какие». На карте Гринландии мы можем найти этот остров слева от Розы ветров, обозначающей части света. На левой стене – тропическая часть гриновской страны, напоминающая нам о ранних романтических рассказах писателя – «Колония Ланфиер», «Синий каскад Теллури», «Пролив бурь». В центре – город Cyaн, неподалеку от которого разыгралась трагедия, описанная Грином в рассказе «Трагедия плоскогорья Суан». На правой стене – континентальная Гринландия. Здесь раскинулось множество городов, среди которых выделяется Лисс – своеобразная столица Гринландии.

«Каюта странствий» рассказывает биографию писателя – о его детстве и юности, о прочитанных книгах и мечтах о путешествиях. Модель парусника, шарманка и много книг – сразу можно представить, каким был в детстве Александр Грин – мечтателем.

Попадая в кают-компанию клипера, сразу обращаешь внимание на модель парусного корабля, который свободно парти в пространстве.

Клипер "Аврора", с борта которого сошел на берег необычайно экзотического острова Рено матрос Тарт, герой первого романтического рассказа А. С. Грина.

Первое парусное судно, появившееся на страницах гриновских книг, - клипер - лебединая песня парусного флота. Модель клипера создал московский художник Игорь Родионов. Прообразом для модели послужил знаменитый английский чайный клипер "Катти Сарк". в кают-компании клипера в потолок вмонтирован корабельный люк, с которого свисают причудливые узлы из сизальского каната, на окнах - решетчатые ставни, резные знаки Зодиака, на одном из подоконников - корабельный фонарь.

Только одна комната музее сохранилась в первозданном виде – рабочий кабинет. Его обстановка довольно простая. Стол, покрытый зеленым сукном за которым он писал, книжные полки, стенной шкаф со словарями Брокгауза и Ефрона, кушетка для отдыха. На стенах репродукции картин с морскими пейзажами.

Среди его комнат-кают наиболее экзотическая и таинственная — «Каюта капитана». Здесь воссоздан уголок капитанской каюты — словно ожившая иллюстрация к роману «Бегущая по волнам». Старинный медный иллюминатор, полка с книгами, барометр, подзорная труба... На столе морские приборы, карта-лоция, над которой чуть покачивается керосиновая лампа... У стола — два кресла, на одном лежит капитанская фуражка. Создается такое ощущение, что капитан вышел и скоро вернется сюда... Именно в этой комнате была рождена «Бегущая по волнам», произведение, в котором таинственная и влекущая мелодия моря звучит с особенной силой. Среди экспонатов «Каюты капитана» много фотографий, на который запечатлен период жизни Грина с семьей в Феодосии. Этот период считается самым счастливым в жизни писателя. Грин был очень позитивным человеком, много шутил, смеялся, часто писал жене шутливые записочки и письма. А соседи называли семью Александра Степановича «мрачные Грины», поскольку в общении они были сдержаны, а в одежде консервативны...

"Слева от окна дома, выходившего во дворик, в 20-е годы стояла скамейка, на которой Грин любил отдыхать."

Якорный дворик. 1972. Автор:Е. Кассин и М. Редькин. Источник:Набор открыток "Музей романтики". Изд. "Планета", Москва, 1973 г.

«Книги Грина не только не забыты – они и не могут подвергнуться забвению, ибо есть в них нечто вечно сияющее, вечно живое, необходимое читателю прежнему и новому, старому и молодому». Слова писательницы Веры Пановой могли бы стать своеобразным эпиграфом к «Корабельной библиотеке» – последней комнате мемориальной части музея. Центральное место в ее экспозиции занимают книги Александра Грина, вышедшие после 1932 года. Разнообразные издания произведений, выходящие на родине писателя, а также переводы его книг на иностранные языки, убедительно доказывают всемирное признание гриновского творчества. Экспозиция «Корабельной библиотеки» время от времени меняется, неизменными остаются только витрины с книгами писателя и с фотографиями и автографами писем Эдуарда Багрицкого, Валентина Катаева, Юрия Олеши и других современников Грина в издательство «Советская литература» в 1934 году с просьбой об издании его книг.

Задорожная, Елена.Встречаемся в Зурбагане! / Е. Задорожная // Победа. - 2024. - 20 авг. (№ 87). - С. 2 : фот. Источник: https://pobedagazeta.ru/archives/38237

Свои впечатления от музея замечательно выразила писательница Анастасия Цветаева:

«В любимой Грином Феодосии, в доме, где он жил, открыт волшебный музей его имени: его портреты, его книги о кораблях и кораблекрушениях, о мужественных и суровых людях, о бегущей по волнам Фрези Грант. Музей парусников и шхун, где из угла выступает нос корабля, где живут морские фонари и канаты, и подзорные трубы, унося с собой посетителей в карту Гринландии с новыми мысами и проливами, с городами Гель-Гью, Лисс, Зурбаган...».

Гриновскому музею плыть и плыть. В его парусах никогда не умолкнет ветер странствий за необычным, ибо Роза ветров Гринландии - Романтика, Мечта и Фантазия!

Издания Феодосийского музея А. Грина в фондах ЦГБ им. А. Грина

Александр Грин: жизнь и мир писателя : статьи, очерки, исследования / Феодос. лит.-мемор. музей А. С. Грина ; сост. Алла Ненада, редкол.: С. О. Курьянов, П. Р. Ибадлаев, А. В. Кривенцова, А. А. Ненада, И. А. Панаиоти, Д. А. Лосев. - Феодосия : Арт Лайф, 2018. - 190, [2] с. ; 21 см. - Библиогр. подстроч. примеч. и в конце глав. - 130 экз.
Александр Грин: жизнь, личность, творчество : [к 130-летию со дня рождения] : статьи, очерки, исследования / Феодосийский лит.-мемор. музей А.С. Грина ; сост. А. А. Ненада ; редкол.: В. П. Казарин, П. Р. Ибадлаев, Е. Г. Светличная, А. А. Ненада, Л. М. Варламова, Д. А. Лосев. - Феодосия : Арт Лайф, 2010. - 182 с. : ил.
Александр Грин: лики творчества : статьи, очерки, исследования / Феодос. лит.-мемор. музей А. С. Грина ; сост. Светлана Колотупова ; редкол.: С. О. Курьянов [и др.]. - Феодосия : Ясон, 2023. - 215, [3] с. : ил. ; 21 см. - Библиогр. в конце статей. - 55 экз.
Александр Грин: секреты мастерства : статьи, очерки, исследования / Феодос. лит.-мемор. музей А. С. Грина ; сост.: Светлана Колотупова, Алла Ненада ; редкол.: С. О. Курьянов [и др.]. - Феодосия : Ясон, 2020. - 180, [2] с. : карты ; 21 см. - Библиогр. в конце статей. - 100 экз.
Александр Грин: творческая биография : [к 90-летию переезда Александра Грина в Крым] : статьи, очерки, исследования / Феодосийский лит.-мемор. музей А. С. Грина ; сост. А. А. Ненада ; редкол.: В. П. Казарин [и др.]. - Феодосия : Арт Лайф, 2010. - 268 с. : ил. - Библиогр. в конце глав.
Грин, Н. Н. Воспоминания об Александре Грине : Мемуарные очерки. Дневниковые записи. Письма / Н. Н. Грин ; Сост., подгот. текстов и примеч. Н. Ялова, Л. Варламова, С. Колотупова. - Феодосия ; Москва : Коктебель, 2005. - 400 с. : ил. - (Образы былого ; вып. 4).
Музей А. С. Грина = Музей О. С. Гріна = Museum of A. Grin : [фотоальбом : путеводитель] / дизайн, подготовка материала, фото: И. Панаиоти, Б. Николин. - [Феодосия] : [б. и.], 2008. - 16 с. : ил ; 16 см. - Текст парал. рус., укр., англ.

Читайте в Центральной городской библиотеке им. А. Грина

Путеводители и открытки

Варламова Л. Дом-музей А.С.Грина : путеводитель по музею А.С.Грина в Феодосии и филиалу музея в Старом Крыму/ Л. Варламова; <рец> Л.А. Кеннер, Н.А. Кобзев. –Симферополь : Таврия, 1986. - 80 с.: фото.цв.
Варламова Л.М. Дом и мир Александра Грина : путеводитель по музеям А.С. Грина в Феодосии и Старом Крыму. - Феодосия: Арт Лайф, 2011. - 86 с.: ил
Варламова Л.М. Музеи Грина : Феодосия. Старый Крым: Путешествие в страну Гринландию. - Симферополь: СОНАТ, 2005. -112 с.: ил. - (Новый крымский путеводитель)
Дом-музей А. С. Грина в Феодосии : путеводитель/ Сост. Г.Ф. Лавриненко, С.П. Пасевич. - Симферополь: Таврия, 1980. -14 с.: ил.
Корякина Л. Дом-музей А.С.Грина : путеводитель по музею А.С.Грина в Феодосии и его филиалу в Старом Крыму/ Л. Корякина, А. Ненада; Ред. Р.А. Змтарадзе. - Симферополь: Таврия, 1988. -13 с.: ил. - Библиогр.: с. 13
Тарасенко Н. Ф. Дом Грина : краеведческий очерк/ Н.Ф. Тарасенко ; В. Россельс. - 2-е изд., доп. - Симферополь: Таврия, 1979. - 96 с.: фото.
Александр Грина. Феодосийский литературно-мемориальный музей А. Грина : комплект открыток / Фото Т. М. Шабловский и Р. Папикьян; ред. Н. С. Павловская. – Киев : Мыстэцтво, 1990. – 15 л.
Музей романтики : набор цветных открыток/ Ред. Н. Пахуридзе, В. Карандашов. - М.: Планета. -14 л.
Феодосийский литературно-мемориальный музей А. Грина : набор цветных открыток / Тест И. Панаиоти; фото. дизайн В. Тихонов. – Феодосия: Дом Грина. – 9 л.

История музея и его создателей на страницах газет и сборников

Варламова, Л. Памяти Геннадия Золотухина: Создатель Феодосийского музея Грина / Л. Варламова // Кафа.- Феодосийский альбом. - 2008. - Тетр.217, 22 авг. - С. 1067.
Ковтун Лариса, научный сотрудник музея А. Грина. Тайны дома Грина / Л. Ковтун // Победа. - 2019. - 5 сент. - С. 6 : фот.: 75 лет назад в Феодосии в доме по улице Галерейной поселилась чета Грин.
Ковтун, Л. "Художнику не надо памятника..." : 29 января - 90 лет со дня рождения Саввы Бродского / Л. Ковтун // Кафа. Феодосийский альбом. - 2013. - Тетр.227: 2 февр. - С. 1305-1306.
Ковтун, Лариса (научный сотрудник музея А. Грина)."Если бы не было ДонКихотов…" / Л. Ковтун // Победа. - 2023. - 28 янв. (№ 9). - С. 16 : ил. Аннотация: 100 лет со дня рождения Саввы Григорьевича Бродского, автора художественного оформления Феодосийского литературно-мемориального музея А. Грина.
Лепер, Константин.История создания музея Грина от его ветерана / К. Лепер // Кафа. - 2020. - 21 июля (№ 56). - С. 7 : портр. Аннотация: Научный работник Лариса Ковтун рассказала о тех, кто создал Музей Грина в Феодосии.
Ненада А. Дом, где сближаются сердца : о музее Александра Грина в Феодосии, биография писателя // Крымский альбом. - 1996. - Вып.: 1. - С.180-183: фото
Пучинкина, И. У дома "Рыцаря мечты" / И. Пучинкина // Победа. - 1970. - 14 июля (№ 138). - С. 3.
Обуховская, Людмила Анатольевна. Путь в гриновский мир / Л. А. Обуховская // Достояние республики. - 2014. - С. 370-376 : ил. : О музее А. Грина в Феодосии.
Пастухов, В. Интервью с художником С. Г. Бродским об А. Грине : биография отдельного лица / В. Пастухов // Победа. - 1968. - 19 окт.
Яловая, Наталья. Самая первая экскурсия / Н. Яловая // Победа. - 2018. - 16 окт. - С. 4 : фот. Аннотация: О создателе феодосийского музея А. Грина Геннадии Золотухине.

Победители. Парад Победы 24 июня 1945 года

Epicfails — Wed, 02 Apr 2025 12:49:14 GMT

Победители. Парад Победы 24 июня 1945 года

Триумфальным завершением большой войны с нацистской Германией стал день 24 июня 1945 года, когда по Красной площади прошагал и проехал по сей день впечатляющий воображение Парад Победы. Это был триумф народа-победителя, освободившего не только свои земли от захватчиков, но и всю Европу.

Все понимали, что этот первый Парад Победы запомнится всем. Это чувство окончания самой страшной войны в истории нашей страны. При этом грандиозность первого парада показывает, что значение Победы Советского Союза над фашизмом до сих пор имеет значение для всего мира, как бы кто сегодня в Европе ни пытался переписать эту историю.

На Мавзолее солдат приветствовал Иосиф Сталин. Открывал парад маршал Георгий Жуков. По брусчатке прошло 35 000 человек. Потом в СССР была еще три парада, которые проводились уже 9 мая 1965, 1985, 1990 годов, и были посвящены круглым годовщинам Великой Победы.

Решение о проведении Парада победителей было принято И. В. Сталиным 15 мая 1945 г.

Заместитель начальника Генерального штаба генерал армии С. М. Штеменко вспоминал:

«Верховный Главнокомандующий приказал нам продумать и доложить ему наши соображения о параде в ознаменование победы над гитлеровской Германией, при этом указал: «Нужно подготовить и провести особый парад. Пусть в нем будут участвовать представители всех фронтов и всех родов войск…».

На парад предполагалось вывести десять сводных полков фронтов и сводный полк Военно-Морского Флота. К участию в нем привлекались также слушатели военных академий, курсанты военных училищ и войска Московского гарнизона, а также военная техника, в том числе авиация.

... Прохождение парадных "коробок" войск продолжалось тридцать шесть минут. И знаешь, о чем я подумал? За четыре года войны потери нашей армии составили почти девять миллионов убитых. И каждый из них, отдавших Победе самое драгоценное - жизнь! - достоин того, чтобы пройти в том парадном строю по Красной площади. Так вот, если всех погибших поставить в парадный строй, то эти "коробки" шли бы через Красную площадь девятнадцать суток..."

Шурыгин, Владислав.Они идут по Красной площади : [Внук-офицер вспоминает о своем погибшем деде, участнике Парада Победы] // Родина. - 2015. - № 6 (июнь). - С. 31.

В Параде Победы 24 июня 1945 года на Красной площади участвовали 24 маршала, 249 генералов, 2536 других офицеров, 31 116 сержантов и солдат.

По указанию Генерального штаба в Москву из частей 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов (из Берлина и Дрездена) доставили около 900 единиц трофейных знамен и штандартов. Принимал их в спортзале Лефортовских казарм командир 181-го стрелкового полка 291-й стрелковой дивизии полковник А. К. Коркишко. 200 знамен и штандартов, отобранных затем специальной комиссией, были помещены в специальную комнату и взяты под охрану управлением военного коменданта Москвы. В день Парада Победы их на крытых грузовых машинах доставили на Красную площадь и вручили личному составу парадной роты «носильщиков».

22 июня 1945 года в газетах был опубликован приказ Верховного Главнокомандующего Сталина:

"В ознаменование победы над Германией в Великой Отечественной войне назначаю 24 июня 1945 года в Москве на Красной площади парад войск Действующей армии, Военно-Морского Флота и Московского гарнизона — Парад Победы. Парад принять моему заместителю Маршалу Советского Союза Жукову. Командовать Парадом Победы Маршалу Советского Союза Рокоссовскому".

Через два дня на Красной площади состоялось историческое событие - Парад Победы.

Для принимающего парад и командующего парадом заблаговременно подобрали коней: маршалу Г. К. Жукову — белого светло-серой масти терской породы по кличке «Кумир», маршалу К.К. Рокоссовскому — вороного краковой масти по кличке «Полюс».

Накануне в Москву слетелись асы боевых киносъемок - 16 (по другим данным - 38) лучших операторов фронтовых киногрупп для выполнения особого задания. Они должны были показать будущему зрителю масштабы Парада, его участников, запечатлеть все детали грандиозного события. Военные кинооператоры прошли войну бок о бок с бойцами и партизанами. С первых дней Великой Отечественной войны 258 (по другим данным - 282) советских операторов принимали участие во фронтовых съемках кинохроники на фронте протяженностью в несколько тысяч километров. Каждый второй был ранен, каждый четвертый - убит. Но чтобы ни случилось, они продолжали держать свою камеру в руках – единственное, но верное оружие в борьбе со страхом смерти.

Ни разу не выстрелив на войне, кинооператоры до сих пор салютуют Победе своими бесценными, на все времена кадрами.

По первоначальному замыслу организаторов, Парад Победы должен был начаться с выноса Знамени Победы колонной солдат, водрузивших его над Рейхстагом 1 мая 1945 года. 20 июня красный флаг торжественно доставили из Берлина в Москву. Однако группа в составе знаменосца Степана Неустроева и его ассистентов Mихаила Егорова, Мелитона Кантарии и Алексея Береста не так хорошо знала строевую выучку. Кроме того, на фронте Неустроев получил пять ранений и повредил ноги. А прохождение солдат должно было быть идеальным – на параде присутствовало большое количество иностранных гостей и велась съемка специального фильма, который планировали показать всему СССР.

В результате маршал Жуков не стал назначать других знаменосцев, а герои войны получили гостевые приглашения на трибуну. В 1965 году полковник Константин Самсонов в сопровождении Егорова и Кантарии впервые вынес Знамя Победы на Красную площадь.

И вот наступило утро 24 июня 1945 г., пасмурное и дождливое. Вода стекала по каскам и обмундированию построенных к 8 часам сводных полков фронтов, слушателей военных академий, курсантов военных училищ и войск Московского гарнизона. К девяти часам гранитные трибуны у Кремлевской стены были до отказа заполнены депутатами Верховного Совета СССР и РСФСР, работниками наркоматов, деятелями культуры, участниками юбилейной сессии Академии наук СССР, тружениками московских заводов и фабрик, иерархами Русской православной церкви, иностранными дипломатами и многочисленными зарубежными гостями. В 9 часов 45 минут под аплодисменты собравшихся на Мавзолей поднялись члены Политбюро ЦК ВКП во главе с И.В. Сталиным.

С. М. Буденный, И. В. Сталин и Г. К. Жуков на трибуне Мавзолея

Командующий парадом К. К. Рокоссовский на вороном коне под пунцовым чепраком занял место для движения навстречу принимающему парад Г.К. Жукову. Ровно в 10 часов, с боем кремлевских курантов, Г. К. Жуков на белом коне выехал на Красную площадь.

Впоследствии он так вспоминал о первых минутах исторического Парада:

«Без трех минут десять. Я был на коне у Спасских ворот. Отчетливо слышу команду: «Парад, смирно!» Вслед за командой прокатился гул аплодисментов. Часы отбивают 10.00 ... Грянули мощные и торжественные звуки столь дорогой для каждой русской души мелодии «Славься!» М.И. Глинки. Затем сразу воцарилась абсолютная тишина, раздались четкие слова команды командующего парадом Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского...».

Заместитель Верховного главнокомандующего, Маршал Советского Союза Г.К. Жуков (4-й слева) объезжает на лошади колонны участников Парада Победы на Красной площади. Автор М.А. Трахман. Москва. 24.06.1945 г. Главархив Москвы. Источник: https://www.mos.ru/news/item/140354073/

В 10 часов 5 минут начался объезд войск. Г.К. Жуков поочередно здоровался с воинами сводных полков и поздравлял участников Парада с победой над Германией. Могучее «Ура» громом разносилось над Красной площадью. Объехав войска, маршал поднялся на трибуну. По поручению ЦК партии и советского правительства Георгий Константинович поздравил советский народ и его доблестные Вооруженные Силы с победой. После этого торжественно прозвучал Гимн Советского Союза в исполнении 1400 военных музыкантов, раздались 50 залпов артиллерийского салюта, и над площадью разнеслось троекратное «Ура!». Торжественный марш победителей открыл командующий парадом Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский.

Первым, открывая парад, по Красной площади прошел сводный полк юных барабанщиков из суворовских училищ Москвы. Следом парадным маршем, чеканя шаг, двинулись сводные полки фронтов. Шли в порядке их расположения на театре военных действий — с севера на юг: сводные полки лучших представителей Карельского, Ленинградского, 1-го Прибалтийского, 3-го, 2-го и 1-го Белорусских, 1-го, 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов, за ними шел сводный полк Военно-морского флота.

В составе сводного полка 1-го Белорусского фронта особой колонной прошли представители Войска Польского. Впереди сводных полков шли командующие фронтами и армиями, Герои Советского Союза несли знамена прославленных частей и соединений. Для каждого сводного полка оркестр исполнял особый марш.

В каждом полку, включая командный состав, насчитывалось свыше тысячи человек. Они были укомплектованы рядовыми, сержантами и офицерами различных родов войск, особо отличившимися в боях и имевшими многочисленные боевые ордена. Знаменосцы с ассистентами несли по 36 боевых флагов наиболее отличившихся в боях соединений и частей каждого фронта.

Сводный полк ВМФ состоял из представителей Северного, Балтийского и Черноморского флотов, Днепровской и Дунайской флотилий. Этот полк возглавлял вице-адмирал Владимир Георгиевич Фадеев. В начале войны именно он сумел обезвредить новейшие магнитные мины, которыми гитлеровцы пытались заблокировать гавань Севастополя.

Марш сводных полков завершала колонна солдат, несших 200 опущенных знамен и штандартов разгромленных немецких войск. Под гулкую дробь барабанов эти символические трофеи были брошены к подножию Мавзолея Ленина.

По указанию Генштаба в Москву из Берлина и Дрездена доставили около 900 единиц трофейных знамен и штандартов. Из них отобрали 200 знамен и штандартов, которые под охраной поместили в специальном помещении. В день парада их в крытых грузовиках доставили на Красную площадь и передали бойцам парадной роты «носильщиков».

Мир навсегда запомнил кадры кинохроники, как в самом конце парада строй рослых советских солдат под резкую дробь барабанов с силой бросает поверженные штандарты на брусчатку Красной площади.

Впоследствии из 900 привезенных в Москву около 500 знамен и штандартов по описи были переданы в Центральный музей Красной Армии. В это число попали и те, что побывали у подножия Мавзолея. Впоследствии, в 1960-х годах, около 100 знамен по решению правительства были переданы в ГДР. Но главные трофеи по сей день входят в Знаменный фонд Центрального Музея Вооруженных Сил.

После символического низвержения вражеских знамен Парад Победы продолжился — вслед за сводными полками всех фронтов торжественным маршем прошли части Московского гарнизона: сводный полк Наркомата обороны, военные и суворовские училища, сводная конная бригада, артиллерийские, механизированные, воздушно-десантные и танковые части и подразделения столичного гарнизона.

На прохождение непобедимой в Великой Отечественной войне советской оборонительной мощи было отведено пятьдесят минут. Из них проход артиллерии, состоящей на вооружении Советской Армии, составил чуть менее получаса. На шествие отечественной бронетехники было отведено немногим более двадцати минут.

В Параде войск Красной армии на Красной площади Москвы 24 июня 1945 года принимали участие более тысячи восьмисот единиц военной техники. Техника на Красной площади демонстрировалась от орудий малого и среднего калибра до тяжелого. После проезда пулеметов проследовали разнокалиберные пушки и гаубицы, пусковые установки реактивной артиллерии. Проехали зенитные расчеты, минометные батареи, самодельные артиллерийские установки. Смотр военной техники завершился выездом крупнокалиберных пушек, выпускаемых на ленинградском Обуховском заводе еще с дореволюционных времен, и танками Т-34 и ИС-2.

Тяжёлые танки ИС-2 направляются на Красную площадь для участия в Параде Победы. 24 июня 1945. Фотограф Н. Соловьёв. РГАКФД. Арх. № 0-144593. Источник: https://dzen.ru/a/XvLbX7hEs24JBK4T

Вся крупная военная техника, принимавшая участие в Параде Победы 24 июня 1945 года, базировалась в советское время на поле Центрального аэродрома. Таким образом, москвичи, особенно жители центра столицы, могли наблюдать ее прохождение от Белорусского вокзала по главной магистрали города – улице Горького.

Москва, 24 июня 1945 г. Архив: Российский государственный архив кинофотодокументов. Автор фотографии: Кислов Ф. Архивный номер: арх. № 0-164749. Источник: https://victory.rusarchives.ru/photo/gvardeyskie-minomety-katyusha-na-parade-pobedy

Шествие сопровождал гигантский сводный духовой оркестр Московского гарнизона, подготовкой которого руководил генерал-майор Семен Чернецкий. Музыкальный коллектив состоял из 38 оркестров московских военных училищ, воинских частей Красной армии и НКВД. В параде приняли участие 1313 музыкантов, самому младшему из которых было 13 лет. В репертуар вошли 36 композиций, включая Гимн СССР, фанфары и барабанный бой. 20 произведений написал сам генерал-майор Чернецкий.

Завершился парад на Красной площади прохождением сводного оркестра.

Парад длился 2 часа (122 минуты) под проливным дождем, но тысячи людей, заполнивших Красную площадь, казалось, не замечали его. Однако пролет авиации над Красной площадью и демонстрация трудящихся столицы из-за непогоды были отменены — 216 самолётов остались на аэродромах.

23 июня 1945 начальником гарнизона города Москвы генералом-полковником П. А. Артемьевым был подписан приказ № 20 о прибытии войск гарнизона на Парад Победы. В третьем пункте приказа говорилось об артиллерийском салюте, который должен был подготовить комендант Московского Кремля генерал-лейтенант Н. К. Спиридонов.

По плану световой салют начинался в 23.00 24 июня, для него было подготовлено тысяча прожекторов, 6 тысяч ручных ракетниц, 200 единиц 107-мм ракетных установок, 500 аэростатов заграждения. В каждом залпе планировалось участие 6 тысяч так называемых трехзвездных ракетных установок – то есть дающих сразу тройной залп фейерверка. На каждом аэростате заграждения установили по 20 больших ракетниц, которые раз в 20 секунд выбрасывали сноп фейерверка.

Прожектора, лучи которых были окрашены в восемь цветов, должны были расположиться по пяти световым поясам в Москве: вокруг Кремля, по Бульварному и по Садовому кольцам, по вокзальному кольцу и окружной железной дороге.

К вечеру дождь прекратился, и на улицах Москвы продолжился праздник. На площадях гремели оркестры. А вскоре небо над городом озарилось праздничным салютом. В 23 часа из 100 аэростатов, поднятых зенитчиками, залпами полетели 20 тыс. ракет.

Помимо салюта с разных площадей Москвы в воздух на высоту 200-300 метров были подняты: барельеф Ленина-Сталина (размер 16 на 18 метров), четыре портрета В. И. Ленина (размер 16 на 18 метров), пять портретов И. В. Сталина (размер 16 на 18 метров), десять флагов СССР (размер 15 на 30 метров), Орден Победа (размер 18 на 18 метров), Звезда (размер 18 на 18 метров). Все флаги и портреты освещались 50 прожекторами всю световую часть салюта

По громкоговорителям, расположенным в разных точках, играли парадные марши - "Печерского полка", "Героев Сталинграда", "Триумф победителей".

Весь световой салют продолжался 35 минут.

"Парад длился два часа. После прохождения сводных полков наших фронтов, полка Войска Польского и полка Военно-морского флота на площадь вышли воины Московского гарнизона, а затем и боевая техника. Из-за дождя, перешедшего в ливень, не состоялась демонстрация трудящихся Москвы, но народ в городе не расходился. К вечеру дождь утих, и все улицы и площади столицы были переполнены москвичами, гостями и воинами Вооруженных Сил. Все пело и плясало. Такого торжества матушка-Москва не видела со дня своего сотворения.

В 23 часа небо осветилось огромным количеством мощных прожекторов. В воздухе появились сотни аэростатов, с которых посыпались тысячи цветных и осветительных ракет, а им навстречу с земли раздались залпы фейерверка с разноцветными огнями.

Не только Москва отмечала этот великий праздник Победы — ликовала вся наша страна, ликовала вся планета.

Варенников В. И. Парад Победы

Так завершился тот исторический день.

Военный парад 24 июня 1945 г. — это триумф народа-победителя, военного искусства советских полководцев, всех Вооруженных Сил, их боевого духа.

Хмелько Михаил Иванович. Триумф победившей Родины. Холст, масло. 289х559. 1949. Государственная Третьяковская галерея.

Читайте в Центральной городской библиотеке им. А. Грина

Военные парады на Красной площади / [К.С. Грушевой, Д.С. Азов, А.С. Асланьян и др.; Ред. комис.: В.Л. Говоров и др.]. — 2-е изд., доп.. — М. : Воениздат, 1980. — 254 с., 56 л. ил.
Воскобойников, Валерий Михайлович. Маршал Жуков / В. М. Воскобойников ; [ил. на обл.] Н. Панин. - Москва : ОНИКС-ЛИТ, 2014. - 28 с. : ил. ; 28 см. - (Жизнь замечательных детей).
День Великой Победы : [Парад Победы на Красной площади 24 июня 1945 г.] [Текст] : энциклопедия // История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945. В шести томах. Том пятый. победоносное окончание войны с фашистской Германией. поражение империалистической Японии (1945 г. ). - М. : Воениздат, 1963. - С. 360-364 : фот.
Жуков, Георгий Константинович. Воспоминания и размышления / Г. К. Жуков. - Москва : АПН, 1971. - 701, [3] c., [64] л. фот. : портр.
Кардашов, Владислав Иванович. Рокоссовский : биография (Автобиография) / В. И. Кардашов. - 3-е изд. - Москва : Молодая гвардия, 1980. - 446 с. : ил. - (Жизнь замечательных людей : сер. биогр. ; вып. 2 (517)). - Библиогр.: с. 444-445. - Осн. даты жизни и деятельности: с. 442-443
Карпов, Владимир Васильевич. Маршал Жуков / Владимир Карпов. - Москва : Вече, 2015. - 427, [3] с., [8] л. фот. ; 21 см. - (Кавалеры ордена "Победа").
Маршал Жуков. Каким мы его помним / подгот. В. С. Яровикова ; авт. примеч. Е. Н. Цветаев. - Изд. 2-е, доп. - Москва : Политиздат, 1989. - 414, [2] с., [8] л. фот. ; 21 см. - Библиогр. в примеч.: с. 403-402. - Указ.: с. 403-415.
Парад Победы 24 июня 1945 года: Кто вывел на Красную площадь 11 сводных полков (Участники Парада Победы : количество, наименование войсковых соединений и фамилии командующих) : из схемы построения войск при прохождении торжественным маршем на Параде Победы // Родина. - 2015. - № 6. - С. 36-43 : фото.
Парад Победы. 24 июня 1945 года [Текст] : энциклопедия // Москва в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. Энциклопедия. - 2015. - 472-476. : фот.
Петров, В. В. Георгий Жуков - Маршал Победы : [для сред. шк. возраста] / В. В. Петров ; худож. В. Юдин. - Москва : Граница, 2005. - 11, [5] с. : цв. ил. ; 29 cм. - (Защитники земли русской).
Полководцы Великой Отечественной. - Москва : Комсомольская правда : Российское военно-историческое общество, 2014. - (Великие полководцы России ; Вып. 18).
Рокоссовская, Ариадна. "После парада бабушке пришлось распарывать маршальский мундир..." : [О чем думает правнучка маршала Рокоссовского, командовавшего Парадом Победы, глядя на старый кинорепортаж с Красной площади] [Текст] / А. Рокоссовская // Родина. - 2015. - № 6 (июнь). - С. 34-35 : фот. цв.
Рокоссовский, Константин Константинович (маршал ; 1896-1968). Солдатский долг / К. К. Рокоссовский. - Москва : Воениздат, 1984. - 365, [3] с., [8] л. фот. ; 21 см. - (Военные мемуары).
Сто военных парадов / [авт.: полковники Д. С. Азов, А. С. Асланьян, Л. С. Балашов и др. ; Под редакцией генерал-полковника К. С. Грушевого]. — Москва : Воениздат, 1974. — 262 с., 48 л. ил. : ил. :
Шурыгин, Владислав.Они идут по Красной площади : [Внук-офицер вспоминает о своем погибшем деде, участнике Парада Победы] [Текст] / В. Шурыгин // Родина. - 2015. - № 6 (июнь). - С. 30-33 : фот.

Электронные книги в свободном доступе

Варенников В. И. Парад Победы. — М.: Вагриус, 2005.

Как Булгаков стал сатириком своей эпохи

Epicfails — Sun, 09 Feb 2025 13:12:33 GMT

Как Булгаков стал сатириком своей эпохи

Трудно поверить, но действительно, сто лет назад, вьюжной московской зимой 1924-1925 годов профессор Преображенский привёл в свою уютную квартиру бродячего ошпаренного пса, вылечил и назвал Шариком. Тремя годами позже другой московский профессор — Персиков — впервые заметил в свете лампы, под стеклом микроскопа цветной завиток, а в нём — маленький красный луч. Учёные не предвидели последствий своих открытий. Если эксперимент по превращению собаки в человека (и обратно) завершился более или менее благополучно, то воздействие так называемого «луча жизни» на животные организмы чуть не погубило человечество. А Михаил Булгаков, написавший об этих странных происшествиях (а также о многом другом), книг своих так и не дождался.

В конце 1921 года Михаил Булгаков без денег, без вещей приехал в Москву, чтобы остаться в ней навсегда. В Москве долго мучился, чтобы поддерживать существование, служил репортером и фельетонистом в газетах. Пять первых лет московской жизни М. Булгакова (1921 —1925) оказались на редкость плодотворными. Написаны и опубликованы роман «Белая гвардия», серия сатирических повестей и рассказов, множество фельетонов. 20 апреля 1925 г. известный в литературных кругах тогдашней Москвы партийный деятель и руководитель издательства «Недра» А. С. Ангарский в ответ на восторженное письмо М. Волошина о «Белой гвардии» писал: «Булгаков прочел Ваш отзыв о нем и был весьма польщен. Я не согласен с Вами в оценке его романа: роман слаб, а сатирические рассказы хороши, но проводить их сквозь цензуру очень трудно».

Оставим на совести автора этого мнения неверную оценку достоинств «Белой гвардии». Здесь могли быть привнесены и внелитературные соображения. Что же касается суждения об обличительном пласте в творчестве писателя, то оно весьма показательно. Тем более что в том же 1925 г. именно в «Недрах» была издана первая и последняя при жизни Булгакова книга сатирических повестей и рассказов.

Ершов Л. Ф. Ранняя сатира Михаила Булгакова

Сатирических повестей в литературном наследии Михаила Афанасьевича Булгакова три, и создавались они с 1923 по 1925 год, образовав своего рода трилогию в жанре фантастики, гротеска, сатиры, цирковой буффонады.

«Дьяволиада» стала первым произведением Михаила Афанасьевича Булгакова в жанре фантастики и фантасмагории. Вслед за "Дьяволиадой" появилась повесть "Роковые яйца", написанная в 1924 году и опубликованная год спустя в журнале «Недра», а затем – в сборнике писателя «Дьяволиада». Повесть «Собачье сердце» Булгаков начал писать в 1925 году. На рукописи стоит авторская дата: январь-март 1925 года. Изначально повесть была предназначена для журнала «Недра», где ранее были опубликованы «Дьяволиада» и «Роковые яйца».

Булгаков, Михаил Афанасьевич. Дьяволиада : рассказы. — Москва : Недра, 1925. — 160 с.

В июле 1925 года Булгаков дарил друзьям сборник повестей и рассказов «Дьяволиада», а ранней осенью уже читал в «Известиях» статью Л. Авербаха (литературный критик, прототип булгаковского Берлиоза из романа "Мастер и Маргарита"), который, минуя рассуждения о художественной ценности книги, прямо обращался к цензурным органам, обвиняя их в бездействии и идеологическом просчете. Когда закрыли Российскую ассоциацию пролетарских писателей (РАПП), которую Авербах возглавлял, Сталин сказал с трибуны: «Вот тут этот был — как его? — Авербах, да. Сначала он был необходим, а потом стал проклятьем литературы».

"Склад моего ума сатирический. Из-под пера выходят вещи, которые … остро задевают общественно-коммунистические круги. На допросе в ОГПУ он (Булгаков) говорит: " склад моего ума сатирический. Из-под пера выходят вещи, которые порою, по-видимому, остро задевают общественно-коммунистические круги. Я всегда пишу по чистой совести и так, как вижу! Отрицательные явления жизни в Советской стране привлекают мое пристальное внимание, потому что в них я инстинктивно вижу большую пищу для себя (я - сатирик)".

Михаил Булгаков (из протокола допроса в ОГПУ 22 сентября 1926 г.)

Рукописей и корректур "Роковых яиц" не сохранилось. В архиве Российской государственной библиотеки существует лишь текст повести, составленный из машинописи и оттиска из "Недр", с датой, проставленной автором: "1924, октябрь".

«Роковые яйца» вышли в свет в феврале 1925 года, а в мае журнал «Красная панорама» (в номерах 19–22 и 24-м) публиковал журнальный, сокращенный вариант повести, до № 22 под названием «Луч жизни».

П. Н. Зайцев, секретарь редакции "Недр", вспоминал, как после отказа редакции напечатать роман "Белая гвардия" (из-за идеологической направленности, не устроившей "Недра"), ему пришло в голову спросить, нет ли у Булгакова "чего-нибудь другого готового, что мы могли бы напечатать в "Недрах"?
Чуть подумав, он ответил:
— Есть у меня почти готовая повесть... фантастическая...».

Речь шла о «Роковых яйцах». Зайцев рассказывает: «Прочитав повесть, я передал рукопись В. В. Вересаеву <...> Вересаев пришел в полный восторг от прочитанного». Повесть была принята для напечатания в следующем же номере альманаха.

«“Роковые яйца” поссорили меня, — продолжает Зайцев, — с А. К. Воронским, редактором “Красной нови”. Он не мог мне простить, что из-под самого его носа выхватили интересную повесть».

30 января 1926 года был даже заключен договор с Камерным театром — на пьесу по сюжету «Роковых яиц». Но дальнейшее «похолодание» общественной атмосферы, конфискация сборника, куда вошла и эта повесть, идеологическая борьба, разыгравшаяся вокруг «Дней Турбиных» и «Зойкиной квартиры», — все это сделало выполнение договора невозможным.

В отличие от «Дьяволиады», вторая повесть Булгакова была встречена с большим вниманием, она обсуждалась как в «закрытых», частных письмах профессиональных писателей, так и на страницах широкой печати. Любопытно при этом отметить, что литераторами (за исключением В. Шкловского) повесть оценивалась весьма высоко, в печати же голоса критиков разделились.

Горький в письме к М. Л. Слонимскому от 8 мая 1925 года писал:

«Булгаков очень понравился мне, очень, но он сделал конец рассказа плохо. Поход пресмыкающихся на Москву не использован, а подумайте, какая это чудовищно интересная картина!».

А в письме к М. Ф. Андреевой советовал:

«Прочитай... рассказ Булгакова «Роковые яйца», это тебя рассмешит. Остроумная вещь!». Высокие художественные достоинства повести отмечали В. Вересаев, А. Белый, С. Н. Сергеев-Ценский, а также М. Волошин, писавший 25 марта 1925 года Н. С. Ангарскому: «Спасибо за VI книгу «Недр» и за Ваши издания. <...> Рассказ М. Булгакова очень талантлив и запоминается во всех деталях сразу».

Источником и фоном для фантастических, но с большой дозой реализма, действий в этих повестях послужили факты тогдашнего московского быта периода НЭПа. Повесть «Роковые яйца» можно считать настоящей научной фантастикой. Как и в "Дьяволиаде", здесь также указаны точные даты, адреса, фамилии, хотя случается уже совсем почти неправдоподобная история. Но автор приводит настолько убедительные аргументы, оперирует такой массой деталей и живых примет времени, что этой истории поверили американские газеты и напечатали своего рода репортаж о страшных событиях в далекой России, как о реально происшедшем. Это очень позабавило бывшего там тогда В. Маяковского.

«…Американская пресса лжет, не считаясь с фактами, просто в погоне за сенсацией и рекламой. Так, например, в один прекрасный день в одной из газет появилось сообщение под сенсационным заголовком „Змеиные яйца в Москве“, которое оказалось изложением одного из рассказов Булгакова».

Маяковский В. Беседа с сотрудником газеты «Заря Востока»: литературная и культурная жизнь Америки // Маяковский В. Полн. собр. соч. в 13 т. Т. 13. М.: Художественная литература, 1961. - С. 229.

Писатель Всеволод Иванов в своих воспоминаниях писал, что вдова Волошина Мария Степановна впоследствии утверждала, будто Максимилиан Александрович вырезал заметку о Карадагском змее из феодосийской газеты и послал её в Москву Михаилу Булгакову. В 1921 году этот мифический змей якобы объявился у подножия Кара-Дага и даже выполз на коктебельский пляж. Чтобы поймать и обезвредить чудовище, в Коктебель отправили роту красноармейцев. Змея они не поймали (и даже не увидели), но заметка о происшествии была опубликована в местной газете. Присылал ли заметку Волошин Булгакову, сказать сложно. Но вот что остаётся неоспоримым фактом: прибыв по приглашению Волошина в Коктебель в июне 1925 года, Булгаков в первый же вечер после приезда читал хозяевам и гостям волошинского дома именно «Роковые яйца» – повесть только что опубликовали в альманахе «Недра».

Первоначальное название – «Луч жизни» – Булгаков изменил уже во время публикации рассказа, сюжет которого развивается в 1928 году.

Гениальный ученый-биолог профессор Персиков открывает ускоряющий развитие всего живого магический и таинственный красный луч — «луч жизни». Он хочет продолжить свои исследования, но невежественный, хоть и начальственный, Рокк овладевает этим изобретением и вызывает к жизни чудовищное количество змей и крокодилов, уничтоживших все вокруг себя (здесь действие происходит на знакомой Булгакову Смоленщине и в Шереметеве-Высоком) и идущих походом на Москву. В столице паника, эвакуация, организовывается оборона, но происходят и беспорядки, во время которых толпа обезумевших обывателей убивает профессора и громит его лабораторию. Кажется, победа гадов неминуема, но внезапные холода в августе («морозный бог на машине») их уничтожает, и вскоре все приходит в норму.

В «Роковых яйцах» Булгаков затрагивает важную для своего времени тему «преображения действительности» и ускорения её развития. В основу сюжета он положил фантастическое изобретение профессора Персикова — «красный луч», который, как предполагается, многократно усиливает жизнедеятельность организмов. Однако в повести этот «луч» превращается в «луч смерти». Это фантастическое допущение позволяет Булгакову показать абсурдность и иррационализм «построенного» мира.

Редактор «Недр» Николай Семенович Ангарский (Клестов) (1873—1941) торопил Булгакова с созданием «Собачьего сердца», рассчитывая, что повесть будет иметь не меньший успех среди читающей публики, чем «Роковые яйца». Повесть «Собачье сердце» была написала довольно быстро. Понадобилась первая четверть 1925 года – с января по март Булгаков создавал эту историю, а затем редактировал ее.

«Собачье сердце» было написано в разгар периода НЭПа. Это история о профессоре Преображенском, который в 1924 году провел рискованный эксперимент, в результате которого собака была превращена в человека.

При жизни М.А. Булгакова повесть не издавалась.

Об истории возникновения замысла «Собачьего сердца» ничего не известно. 15 февраля 1925 года М.А. Булгаков читал рукопись «Собачьего сердца» Н.С. Ангарскому-Клестову, редактору журнала «Недра», у него дома. 7 марта авторское чтение первой части «Собачьего сердца» на «Никитинских субботниках», а 21 марта — второй части. На этих чтениях присутствовал агент ОГПУ, который подробно изложил содержание повести в донесениях от 9 и 24 марта 1925 года.

2 мая 1925 года Булгаков получает письмо от заведующего редакцией журнала «Недра» Б.Л. Леонтьева, в котором говорится, что «рукопись цензура еще задерживает». Летом 1925 года Н.С. Ангарский-Клестов предпринял вторую попытку опубликовать «Собачье сердце» и обратился за содействием к Л. Б. Каменеву, но уже 11 сентября получил ответ:

«Это острый памфлет на современность и печатать ни в коем случае нельзя».

«Собачье сердце» не было опубликовано, но автор неоднократно читал его на разных литературных вечерах, в том числе в кружке поэтов П.Н. Зайцева и «Зеленой лампе». Содержание повести было известно многим лицам, причастным к литературным кругам Москвы и - не только. 2 марта 1926 года МХАТ заключил с М.А. Булгаковым договор о переделке повести в пьесу и о постановке ее на сцене театра. Цензурный запрет «Собачьего сердца», а также обыск 7 мая 1926 года на квартире писателя и конфискация двух машинописей повести расстроили эти планы. 19 апреля 1927 года договор с МХАТом был расторгнут.

6 марта 1926 года Н.С. Ангарский-Клестов вновь через секретаря редакции Б.Л. Леонтьева обращается к М.А. Булгакову со следующим предложением:

«Не согласитесь ли Вы прочесть Вашу повесть «Собачье сердце» в расширенном заседании нашей редакции. Присутствовать будет человек десять — лица, от которых будет зависеть, печатать ее или нет. Думаю, что повесть, если она вновь будет вызвана к жизни, не помешает жить задуманной на эту тему пьесе».

К сожалению, и эта попытка издать повесть не увенчалась успехом. На допросе в ОГПУ 22 сентября 1926 года М.А. Булгаков сказал:

«Повесть о собачьем сердце» не напечатана по цензурным соображениям. Считаю, что произведение «Повесть о собачьем сердце» вышло гораздо более злостным, чем я предполагал, создавая его, и причины запрещения печатания мне понятны».

Всего было три редакции – рукописи были изъяты при аресте писателя летом в 1926 году и возвращены автору спустя три года после ходатайства Максима Горького. Считается, что текст изъяли потому, что сотрудники НКВД узнали в пациентах Преображенского нескольких влиятельных и известных персон того времени.

Наиболее распространенное политическое толкование повести относит ее к самой идее «русской революции», «пробуждения» социального сознания пролетариата. Шариков традиционно воспринимается как аллегорический образ люмпен-пролетариата, неожиданно для себя получившего большое количество прав и свобод, но быстро обнаружившего эгоистические интересы и способность предавать и уничтожать как себе подобных (бывший бездомный пес, обретя человеческий облик, поднимается по социальной лестнице, уничтожая других бездомных животных), так и тех, кто наделил их этими правами.

Считается, что у профессора Преображенского было несколько прототипов: дядя писателя - врач-гинеколог Николай Покровский, хирург Сергей Воронов, врач Алексей Замков, биолог Илья Иванов, психиатр и невропатолог Владимир Бехтерев, физиолог Иван Павлов. Первая жена Булгакова, Татьяна Лаппа, намекает в мемуарах, что все же воплощением знаменитого профессора стал Покровский, а идеи, которые он излагает, принадлежат самому писателю.

Есть версия и о том, что прототипом профессора стал французский врач и ученый Шарль Броун-Секар, который в 1890-х ставил эксперименты на животных и в возрасте 70 лет на собственном примере показал чудодейственное свойство омолаживающих инъекций (впрочем, эффект был временным, организм экспериментатора угас спустя пять лет).

В марте 1926 года МХАТ заключил с Михаилом Булгаковым договор на пьесу «Собачье сердце», которую Булгаков пообещал представить к 1 сентября. Однако повесть так и не была опубликована при жизни писателя. Ее постановка так и не была осуществлена, договор с МХАТом в связи с цензурным запретом повести, был расторгнут 19 апреля 1927 года.

"...в моих сатирических повестях: черные и мистические краски (я - мистический писатель), в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд, которым пропитан мой язык, глубокий скептицизм в отношении революционного процесса, происходящего в моей отсталой стране, и противупоставление ему излюбленной и Великой Эволюции, а самое главное - изображение страшных черт моего народа, тех черт, которые задолго до революции вызывали глубочайшие страдания моего учителя М. Е. Салтыкова-Щедрина".

Письмо Правительству СССР Михаила Афанасьевича Булгакова (Москва, Пироговская, 35-а, кв. 6)

1927–1928 годы были последними в литературной судьбе Булгакова, когда его произведения сколько-нибудь подробно освещались прессой. Дальше наступило молчание, и лишь фамилия опального писателя изредка мелькала в перечне «подкулачников в литературе» либо «классовых врагов в драматургии». Вполне вероятно, что именно статьи 1925–1927 годов, многочисленные, обильные, уничтожающие и прозу, и спектакли по его пьесам, — и были теми реальными источниками, которые дали Булгакову материал для последующих одиноких размышлений о своих отношениях с «официальной», огосударствленной литературой.

В 1960-е годы, как и другие тексты Булгакова, повесть "Собачье сердце" в СССР широко распространялась в самиздате (хотя рукопись начала ходить по знакомым уже в 1930-х). Впервые повесть увидела свет за рубежом в 1968 году. Официальная публикация в Советском Союзе произошла в 1987 году в журнале «Знамя». Но в журнале была напечатана версия, которая в 1967 году была передана на запад без ведома вдовы писателя Елены Сергеевны. Рукопись содержала массу искажений и ошибок, и этот вариант еще долго тиражировался и публиковался в разных изданиях.

В 1989 году правильная версия «Собачьего сердца» была опубликована в двухтомнике «Избранные произведения М. Булгакова». Кстати, знаменитая экранизация с Евгением Евстигнеевым в роли профессора Преображенского, снята как раз по изданию 1987 года.

В глубине невероятно смешных историй «Собачье сердце» и «Роковые яйца» скрыты трагизм и грустные размышления о человеческих недостатках, об ответственности ученого и науки и страшной силе самодовольного невежества. Герои Булгакова потрясают не только своей тупостью, серостью, бездуховностью. Люди ограниченные очень часто имеют необоснованные амбиции. Это люди с большой претензией, и масштаб их амбиций огромен. Темы вечные, не утратившие своего значения и сегодня.

Иллюстрации Анатолия Зиновьевича Иткина — заслуженного художника России, графика, автора предисловий. Создал иллюстрации к более двухстам произведениям русской и мировой классической литературы.

Читайте в центральной городской библиотеке им. А. Грина

Булгаков, М. А. Малое собрание сочинений : художественная лит-ра / М. А. Булгаков. - Санкт-Петербург : Азбука-классика, 2010. - 832 с.

Булгаков М. А. Собрание сочинений . В 5-ти т. Т. 2 . Дьяволиада; Роковые яйца; Собачье сердце; Рассказы; Фельетоны /Редкол. : Г. Гоц , А. Караганов , В. Лакшин и др. Подгот. текст а и коммент. В. Гудковой и Л. Фиалковой. — М. : Худож . лит., 1989.—751 с.

Варламов, Алексей Николаевич. Михаил Булгаков / Алексей Варламов. - 4-е изд., испр. и доп. - Москва : Молодая гвардия, 2020. - 840, [4] с., [16] л. фот. - (Жизнь замечательных людей)

Мешков, Валерий Алексеевич. Михаил Булгаков и Крым: новые страницы / В. А. Мешков. - Симферополь : Бизнес-Информ, 2011. - 160 с. : ил.

Степанян, Е. Г. О Михаиле Булгакове и "собачьем сердце" : научно-популярная литература / Е. Г. Степанян. - Москва : Оклик, 2009. - 64 с.

Подготовила Т. Гурьева, главный библиограф ЦГБ им. А. Грина

Портрет олигарха в интерьере советской фантастики: бизнес на страхе

Epicfails — Wed, 15 Jan 2025 11:03:27 GMT

Портрет олигарха в интерьере советской фантастики: бизнес на страхе

100 лет назад вышел из печати рассказ «Союз пяти» или «Семь дней, в которые был ограблен мир», сочиненный А. Н. Толстым.

В первой половине 1920-х гг. фантастика завоевывает прочные позиции в советской литературе, в том числе и в «авангардном» ее слое, и в слое «престижных», «популярных» писателей. В этот период появляется политическая фантастика, фантастико-сатирические памфлеты, живописующие (на материале Западной Европы) внутреннее разложение и крах капиталистического мира: «Трест Д. Е.» (1923) И. Эренбурга; «Крушение республики Итль» (1925) Б. Лавренева; «Господин Антихрист» (1926) и «Аппетит Микробов» (1927) А. В. Шишко; «Город пробуждается» (1927) А. Луначарской; «Четверги мистера Дройда» (1929) Н. А. Борисова и другие. Все эти книги выходили в солидных литературных издательствах (как правило, частных или кооперативных), рецензировались в толстых журналах и составляли умственную пищу «образованного», «культурного», «интеллигентного» читателя. Во многом были близки к этой группе по своей проблематике научно-фантастические произведения одного из наиболее признанных писателей – А. Н. Толстого.

Алексей Николаевич Толстой - поэт Серебряного века, литератор-эмигрант, неоднозначный и, вероятно, до конца так и не понятый, вошел в историю как один из ярчайших и талантливых советских писателей. Безмерно одаренный, он умел писать увлекательные книги в самых разных жанрах: от детских сказок до фантастики и исторических романов. В стиле увлекательного романа, то плутовского, то детективного, то поднимавшегося до высот настоящей трагедии, он прожил и собственную жизнь. Собрание сочинений А. Н. Толстого включает 13 томов - это и рассказы, и пьесы, и романы, и сказки.

Алексей Толстой с энтузиазмом воспринял Февральскую революцию, однако его отношение к Октябрьской было отрицательным. Писатель покинул Россию одним из первых - уже в июле 1918 года. В эмиграции, из трех возможных вариантов: бороться с большевиками, игнорировать их или принять новую власть, он выберет последний. Из письма Толстого:

«Большевики – единственные, кто вытаскивает российскую телегу из оврага, куда ее занесли красные кони. Удастся ли вытащить? Не знаю».

Сами же большевики увидят потрясающую возможность для пропаганды – им покажется, что «белого графа» будет очень просто превратить в «красного». В августе 1923 года Алексей Толстой вернулся в Россию. Точнее, в СССР. Навсегда.

Фантастический роман «Аэлита», написанный в основном в эмиграции, стал для Алексея Толстого чем-то вроде моста на родину. «Аэлита» впервые был опубликован в самом авторитетном советском литературном журнале в 1922–1923 годах. Произведение тогда носило подзаголовок «Закат Марса».

Однажды, гуляя по паркам Детского Села (ныне город Пушкин, а до 1918 года Царское Село), где Толстой поселился после возвращения в Россию, он сказал Наталье Крандиевской (третья жена писателя, прототип Кати в романе «Хождение по мукам»):

"Кончится дело тем, что напишу когда-нибудь роман с привидениями, с подземельем, с зарытыми кладами, со всякой чертовщиной. С детских лет не утолена эта мечта..." А потом добавил: "Насчет привидений - это, конечно, ерунда. Но, знаешь, без фантастики скучно все же художнику".

Крандиевская-Толстая Н. В. Воспоминания. Л., 1977. С. 210.

В августе 1924 году А. Толстой напишет фантастический рассказ, который читатели увидят в 1925 году, когда ленинградское Государственное издательство (ГИЗ) напечатает его в первой книге альманаха "Ковш" под названием «Семь дней, в которые был ограблен мир». В этом же году под названием "Союз пяти", без изменения текста, произведение опубликовано в одноименном сборнике А. Толстого.

Современный читатель может познакомиться с первым изданием 1925 года на портале Национальной электронной библиотеки (НЭБ) в свободном доступе:

Толстой, Алексей Николаевич (1882-1945). Союз пяти: рассказы / Алексей Толстой. — Ленинград : Государственное издательство, 1925. — 197 с.

В октябре 1925-го года в типографии Бр. Гиршбаум в Берлине был отпечатан сборник, которому дал название рассказ "Семь дней, в которые был ограблен мир", в количестве 3000 экземпляров.

Толстой А.Н. Семь дней, в которые был ограблен мир и др. рассказы / Алексей Толстой. — Берлин : Аргус, 1926. — 230, [2] с.

В 1927 году Толстой включил рассказ в 9-й том собрания сочинений, подправив стиль и добавив две фразы в финал:

"Мы объявим войну всех против всех, мы будем руководить этой бойней, где погибнет слабый и где сильный приобретёт волчьи мускулы… И тогда мы наденем железную узду на возрождённого зверя…"

В своем рассказе «Союз пяти» писатель за основу берет очередное прохождение кометы Биэлы возле Земли. Хотя рассказ написан в 1924 году, но комета Биэлы и предполагаемый с её появлением метеоритный дождь предсказывались в 1933 году.

Все астрономические и физические данные в этом рассказе, включая также прохождение кометы Биэлы в 1933 году, - вполне отвечают действительности.

Прим. автора".

"Союз пяти" погружает читателя в атмосферу таинственности и научной интриги, разворачивающейся на отдаленном острове в Тихом океане. Алексей Николаевич Толстой мастерски создает напряженный сюжет, сосредоточенный на строительстве астрономической обсерватории и загадочного объекта, скрытого от посторонних глаз.

"Полёт" яхты "Фламинго" под белоснежными парусами по волнам Тихого океана - красиво, безмятежно... Рассказ работает с воображением читателя с первых строк. Благодаря коротким, но точным штрихам мы можем получить полное представление о внешности персонажей и их характерах. Быт и пейзажи изображены настолько ярко и живо, что не возникает сомнений в их реальности. Удивительный эффект присутствия. Долгое время главным источником информации о капитализме для жителей СССР были сатирические журналы, такие как «Крокодил», зарубежные фильмы и художественная литература, в том числе фантастическая. Первопроходцем в создании портрета американского капиталиста, не брезгующим никаким преступлением ради выгоды, стал Алексей Толстой, который знал буржуазный мир не понаслышке и обладал весьма талантливым пером, но и ему не удалось уйти от карикатурности.

"Перед каждым стоял запотевший от ледяного шампанского широкий бокал. Все курили сигары... Следя за пузырьками, поднимающимися со дна бокалов, пять человек, - все уже не молодые (кроме одного, инженера Корвина), все одетые в белую фланель, сосредоточенные, с сильными скулами и упрямыми затылками, - слушали то, что вот уже более часу говорил им Игнатий Руф".

Толстой связал авантюру Игнатия Руфа с уже использованными в «Аэлите» ракетной техникой и космосом (те же яйцевидные реактивные аппараты, даже упоминается имя русского инженера Лося). Но в отличие от романтика инженера Лося, Игнатий Руф точно знает, чего хочет. Собрав на борту яхты «Фламинго» пятерых капиталистов и талантливого инженера Корвина, он предлагает им стать полновластными хозяевами не просто какой-то страны, а всего земного шара. Капиталисты стремятся установить контроль над миром, используя необычный метод. Они планируют вызвать глобальный психоз и, как следствие, хаос, уничтожив Луну. Для осуществления этого плана они привлекают инженера Корвина, который соглашается участвовать в проекте за солидное вознаграждение.

«В семь дней мы овладеем железными дорогами, водным транспортом, рудниками и приисками, заводами и фабриками Старого и Нового Света. Мы возьмем в руки оба рычага мира: нефть и химическую промышленность. Мы взорвем биржу и подгребем под себя торговый капитал».

Для того чтобы посеять панику в мире, ведётся активная информационная война. Покупаются существующие газеты и создаются новые. На книжном рынке появляется огромное количество астрономических рассказов, утопий, мистических произведений и апокалиптических поэм. Возрождаются различные религиозно-оккультные организации, что только усиливает атмосферу страха и беспокойства. Распространяются слухи, что Луна из-за резкого перепада дневных и ночных температур на своей поверхности рано или поздно рассыплется и, более того, этого нужно ждать в самое ближайшее время. Истерия нагнеталась.

"Тогда Игнатий Руф бросился в Европу, как кабан в тростники. Он устроил заем Юго-Славии и свалил министерство. С чудовищной ловкостью, нажимая тайные пружины, созвал конференцию Малой Антанты. Надавал приятных обещаний Германскому Союзу. Опубликовал поддельный документ Московского Совнаркома, чем вызвал в Польше бешеный взрыв ненависти и отвлек ее внимание от дел на Балканах".

На сотворение мира Богу потребовалось семь дней, ровно за столько же дней Союз пяти собирается преобразить мир до неузнаваемости.

«– …Идея нашего наступления такова: мы должны поразить мир невиданным и нестерпимым ужасом…
Четверо сидящих за столом опять вынули сигары, но на этот раз не усмехнулись. Глаза инженера Корвина медленно мигнули. Игнатий Руф сильно потянул воздух ноздрями.
– …Мы должны произвести столбняк, временный паралич человечества. Острие ужаса мы направим на биржу. В несколько дней мы обесценим все ценности. Мы приобретем пакеты акций тех предприятий, которые обеспечат нам безраздельную власть..."

А. Толстой. Союз пяти

Промышленный магнат Игнатий Руф (прообраз Роллинга в романе "Гиперболоид инженера Гарина", 1927) раскалывает Луну ракетами, начиненными сверхмощной взрывчаткой.

"Луна, это ясно теперь было видно, развалилась на несколько кусков. Комета Биэла действовала на их неравные части, и они отделялись друг от друга. Это зрелище разбитого на осколки мира было так страшно, что в первые часы много людей сошли с ума — бросались с мостов в каналы, накладывали на себя руки, не в силах подавить ужаса".

В финале «Союза пяти» старый мир рухнул, полностью: «Весь мир сошел с ума». Новый мир ещё не возник. Каким он будет? Возможно, ещё более чудовищным, чем рухнувший. Но пяти «диктаторам» в нём уже не будет места. Они сами спилили сук, на котором сидели. Победа оказывается призрачной. Гигантская авантюра кучки олигархов, организовавших заговор против всего человечества и ограбивших весь мир, приводит их самих к гибели. Рассказ служит иллюстрацией очень актуального в настоящее время тезиса, гласящего, что ломка мироздания чревата непредсказуемыми последствиями.

Неожиданное открытие о возможном разрушении Луны добавляет драматизма и актуальности истории, поднимая вопросы о роли науки и ответственности ученых. Толстой искусно сочетает элементы научной фантастики с глубокими философскими размышлениями, создавая произведение, которое не только захватывает, но и заставляет задуматься о будущем человечества. Более широко, нежели в «Союзе пяти», тема попыток ограбления мира капиталистическими монополиями разработана в романе «Гиперболоид инженера Гарина», который отличается сложной приключенческо-фантастической интригой.

Один из братьев Стругацких - культовых фантастов второй половины ХХ века, - Борис Стругацкий сказал:

«Алексей Толстой - писатель Божьей милостью, обладатель божественного языка, прозрачного и чистого, словно родниковая вода. Мы всегда считали его одним из своих Учителей. Он - недостижимая вершина по части владения русским языком».

А в 1981 году редакция журнала «Уральский следопыт» и Союз Писателей РСФСР дали имя Аэлита ежегодному свердловскому фестивалю фантастики и премии, которая вручается по сей день за лучшее фантастическое произведение отечественной фантастики и за вклад в развитие жанра.

Подготовила Т. Гурьева, главный библиограф ЦГБ им. А. Грина

Архитектор Высочайшего двора: Краснов Николай Петрович – творец знаменитых дворцов Крыма

Epicfails — Tue, 12 Nov 2024 12:29:33 GMT

Архитектор Высочайшего двора: Краснов Николай Петрович – творец знаменитых дворцов Крыма

5 декабря - 160 лет со дня рождения Н. П. Краснова (1864-1939)

В Крыму Н.Краснов проработал чуть более 20 лет, 12 лет он был главным архитектором Ялты.

Плодотворная архитектурная и градостроительная деятельность Николая Краснова в Крыму принесла ему известность в придворных кругах, покровительство великокняжеской семьи и лично императора Николая II. В 1911 году Краснов был пожалован званием архитектора Высочайшего Двора; в 1913 году получил звание академика архитектуры Императорской академии художеств. В списке объектов, спроектированных Красновым в Крыму, значится более 60 частных особняков, дворцовых, общественных и церковных зданий и других объектов, в том числе и знаменитая Ливадия — любимая летняя резиденция российских императоров в Крыму. Ливадийский дворцово-парковый комплекс — последнее сооружение, воздвигнутое в Российской империи для Романовых. Созданный талантом архитектора дворец и поныне привлекает к себе путешественников из разных уголков земного шара. Оставил Краснов свой след и в Феодосии: вилла «Виктория» (другое название - "Отрада") расположена на Набережной города, имеет угловое расположение на пересечении ул. Революции и проспекта Айвазовского.

Согласно жизнеописанию, составленному самим архитектором,

«классный художник архитектуры Н. П. Краснов родился в 1865 году, окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества в 1885 году. Служил городским архитектором в Ялте с 1888 года по 1899 год».

Николай Петрович Краснов (1864-19З9) родился в крестьянской семье. Двенадцатилетним мальчиком он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Его дипломная работа была удостоена Большой серебряной медали.

Как было определено место работы молодого выпускника престижного училища, была ли Ялта его собственным выбором или же и тогда существовала некая система распределения специалистов, пока остается "белым пятном" в биографии архитектора. Во всяком случае, с его появлением в Крыму началась активная переписка городского головы барона А.Л. Врангеля и Ялтинской городской управы с таврическим губернатором А.Н. Всеволожским о назначении Краснова городским архитектором вместо увольнявшегося Н.А. Штакеншнейдера. Через год после его приезда Министерство внутренних дел утвердило принятое городской думой 31 октября 1887 г. решение о назначении Н. П. Краснова главным архитектором Ялты. Ему тогда было всего 24 года.

Краснов большое внимание уделял участию в Комиссии по реставрации Бахчисарайского дворца. В течение 10 лет он как член Комиссии безвозмездно проводил все необходимые обмеры, чертежи, снимал планы, исполнял проекты ремонта, делал фотографии дворца и старинных домов Бахчисарая, собирал по городу предметы старинной дворцовой утвари и старинного татарского быта. Результатом этой работы стали пять альбомов фотографий, рисунков, акварелей и чертежей. Собрание предметов древности Крымского ханства было размещено в одном из залов Бахчисарайского дворца.

Впечатляет работа Н. Краснова в должности городского архитектора. В его обязанности входили планировка и прокладка новых улиц, строительство городских домов и санитарно-технических сооружений, архитектурный надзор за строительством частных зданий. Ялта в ту пору активно строилась и перестраивалась, забот у городского архитектора было много.

Но, пожалуй, более всего талант Краснова проявился в архитектуре южнобережных дворцов. Первым великокняжеским заказом был дворец «Дюльбер», потом он строил «Чаир», «Харакс», дворцы Юсуповых в Кореизе и Коккозах, дворец графа Апраксина в Балаклаве. Каждый из этих дворцов несет свой неповторимый архитектурный образ.

С 1899 года Н.П. Краснов стал заниматься только частной практикой. В это время он получил заказ от графа М. А. Апраксина на проектирование и строительство особняка в Балаклаве, названного им «Прибой». Архитектор в это время увлекался стилем Неогрек, поэтому он спроектировал дачу Апраксина, как и дворец «Чаир» в типичных образцах архитектурного направления неогрек.

Имение Чаир. 1912. Источник: https://pastvu.com/p/2036038

Дача Чаир — утраченный особняк (имение) в парке Чаир в Гаспре, построенный в 1902—1903 году архитектором Н. П. Красновым для великого князя Николая Николаевича (младшего). Известно, как имение Великой княгини Анастасии, супруги Николая Николаевича. в послевоенное время перестроен и использовался, как Госдача № 7 для высших руководителей СССР.

Дачи графа Апраксина. Балаклава. 1905-1915. Были построены в 1903–1904 гг.

Для графа М. А. Апраксина в Балаклаве были возведено несколько построек - комплекс дач, и названы они были «Прибой». Одно из зданий пришлось на выход из тоннеля для подводных лодок, поэтому не могло сохраниться. Второе здание уцелело, и в 1946 г. даже разрабатывался проект его восстановления, но в итоге дачу разобрали.

Основной корпус стоял на высокой искусственной террасе (она сохранилась) в виде аркады с полунишами из необработанного камня, являющейся цокольным этажом. Архитектор рационально разместил довольно большое здание дворца на ограниченном пространстве горного террасированного склона. Парадный вход находился со стороны набережной: портик с балконом, дорические колонны в сочетании с деталями и формами, характерными для рационалистической архитектуры, плоскими крышами, создавали оригинальный образ дачного комплекса. Дворец был построен из инкерманского камня.

Дворец "Дюльбер" (в переводе с крымскотатарского слово «дюльбер» означает «красивый», «прелестный») в Мисхоре в 12 км западнее Ялты, стал первым комплексом, построенным Николаем Петровичем Красновым для семьи Романовых на Южном берегу Крыма.

Дюльбер. Имение В. К. Петра Николаевича. 1905

Величественный дворец был построен зодчим в мавританском стиле для великого князя Петра Николаевича Романова, дяди императора. Дворец строился с 1895 по 1897 год в крымском имении великого князя Петра Николаевича, дяди императора Николая II. Проект Краснов выполнял по эскизам, сделанным самим великим князем во время путешествий в страны Ближнего Востока и Магриба. Над входом во дворец располагалось изречение из Корана с пожеланием благополучия его владельцу.

Постройка была украшена серебристыми куполами и зубчатыми трехметровыми стенами с башенками и бойницами. Родственники подтрунивали над Петром Николаевичем, мол, хочет жить «как Синяя Борода». Но именно эта крепость спасла Романовых после революции, когда им грозили расстрелом в Ялте. Под руководством матроса Филиппа Задорожного члены императорской семьи держали оборону весь 1918 год. И 11 апреля 1919 года на британском крейсере «Мальборо» 18 оставшихся Романовых навсегда покинули родину.

Однако самым значительным заказом и настоящей творческой удачей был Большой Императорский дворец в Ливадии.

Ливадийский дворец – летняя резиденция императора Николая Второго и его семьи - был построен в рекордные сроки (с 1909-1911 гг.).

Дворец построен в стиле итальянского Ренессанса; этот стиль в дореволюционном искусствоведении именовался «нежным».

Внутренний двор. Восточный фасад Ливадийского дворца. Акварель П. Краснова

Источник: Архитектор Н. Краснов: известный и неизвестный : акварели и фотографии / Ялтин. ист.-лит. музей

Дворцовый комплекс, парк, здания, украшенные резьбой по мрамору, скульптуры, интерьеры комнат, парадные залы — все они были созданы за 17 месяцев. Официальная сдача и освящение дворца состоялась 14 сентября 1911 года. Архитектор «угодил всем, даже горничным». При создании Ливадийского дворца Н. П. Краснов проявил незаурядные инженерные способности. Сохранились архивы строительных работ.

Общий вид Большого (Белого) Дворца с Восточной стороны. 1911 год.

Фотограф - Семенов И. Источник: https://pastvu.com/p/1725971

Участники строительства имении «Ливадия» были отмечены Министерством Императорского Двора за высокий уровень исполнения царского заказа. Более всего чествовали, как выразился Николай II, самого «виновника торжества» — архитектора Краснова.

Ливадийский дворец. 1911. Фотограф - Ягельский А.

Звания, награды, почетные назначения последовали одно за другим. 5 октября 1911 года Н. П. Краснов был пожалован в Архитекторы Высочайшего Двора и награждён орденом Св. Владимира 4-й степени, 6 декабря того же года причислен к Главному Управлению Уделов с возложением затем на него «технического наблюдения за всеми строительными и мебельно-обойными работами во дворцах и прилегающих к ним постройках», которые планировались в последующие годы в Ливадии. В октябре 1913 года ялтинский зодчий избирается Петербургской Академией художеств академиком и утверждается в чине надворного советника.

Вилла "Ксения" в Симеизе, построенная по заказу жены богатого помещика Варвары Чуйчевич в 1911 году. Дачу в модном на то время Симеизе она назвала в честь своей внучки. Вилла «Ксения» была оформлена в стиле «шотландского шале» возведенного в духе так называемого северного модерна с элементами готики. Об этом свидетельствуют высокие конусообразные крыши, шпили, серая штукатурка, имитирующая грубую каменную кладку как в средневековых замках. и здесь, также как в Хараксе, Краснов попытался оживить этот суровый стиль некоторыми южнобережными деталями. К примеру, один из фасадов здания усеян террасами, лоджиями и широкими светлыми окнами.

Почтовая карточка изд. С. Сиямиди, Новый Симеиз

Дворец в имении Харакс - "рационалистическая" архитектура позднего модерна в Гаспре - проект усадебного комплекса "Харакс" Николая Краснова для семьи великого князя Георгия Михайловича Романова. Краснов получил этот заказ в 1904 году.

Дворец в имении Харакс Великого князя Георгия Михайловича. Акварель Н. Краснова

Источник: Архитектор Н. Краснов: известный и неизвестный : акварели и фотографии / Ялтин. ист.-лит. музей

Заказчица Мария Георгиевна Романова - была истинной англоманкой. Краснов старался учитывать пристрастия клиентов. Но при этом смог увильнуть от реплики модных в то время "английских коттеджей" викторианским духом, и назвать свою работу по итогу дворцом в "шотландском вкусе".

Здание сложили из традиционного на ЮБК стройматериала - мраморовидного известняка мозаичной кладки, но покрыли при этом английской яркой рыжей черепицей. Сложившийся контраст при сочетании этих материалов создал декоративный эффект виллы. Оригинален не только стиль дворца и хозяйственных построек при нем. В усадьбе ощущается неразрывная связь архитектуры с ландшафтом, умелое включение в объемно-пространственную композицию местных и экзотических растений, а также остатков сооружений древних римлян.

Археологические раскопки в этой местности практически совпали по времени с возникновением идеи загородного дома, поэтому великим князем для него было выбрано одноименное название - "Харакс".

Николаю Краснову удалось создать уютный романтический дом на 40 комнат, без аристократической роскоши, репрезентативность и комфорт которого были рассчитаны на загородное жилище и временность пребывания.

Вилла "Харакс". Вид на флигель. 1900-е. Фотограф - Коган Семён Яковлевич

На вершине живописного мыса Плака стоит удивительный и очень красивый замок — Дворец княгини Гагариной — памятник вечной любви. История поместья начинается еще в первые десятилетия XIX века, когда на мысе Плака была построена усадьба таврийского губернатора А. М. Бороздина. Здесь построили дворец в стиле ампир, с уютными комнатами и большой библиотекой. Вокруг дворца был разбит парк. В имении гостили П. И. Сумароков, А. С. Пушкин, А. С. Грибоедов, Адам Мицкевич, В. А. Жуковский.После смерти Бороздина имением владела его дочь Мария, затем её второй муж — генерал-лейтенант князь Александр Иванович Гагарин (адъютант графа М. С. Воронцова). В 1857 году хозяйкой поместья становится вдова князя Гагарина - грузинская княжна Анастасия Давидовна Орбелиани-Гагарина. На протяжении многих лет она ничего не меняла в облике усадьбы, но уже в возрасте семидесяти лет захотела построить новый дворец. Проектирование дворца, домовой Александро-Невской церкви и винных погребов и надзор за строительством выполнил архитектор Н. П. Краснов. Знаменитый архитектор сам приезжает в Кучук-Ломбат, выбирает место для дворца, следит за ходом строительства.

Таким образом в 1902-м году архитектор Краснов приступил к выполнению заказа. Материалы завозились в основном из-за границы: облицовочная керамическая плитка и мрамор для лестниц — из Италии, венецианские стекла — из Франции, черепица — из Германии. Каменотёсы, столяры, плотники, облицовщики были привезены из разных областей России. Строительство закончилось в 1907 году, в год смерти княгини.

Замок, выполненный в стиле модернизированной древнегерманской архитектуры, удивительным образом вписывался в окружающую его природу. Здание спроектировано из расчёта на круговой обзор, поэтому все фасады тщательно отделаны. Основание стен и фундамент выполнены из диорита – камня твёрже гранита, доставляемого в Кучук-Ламбат на барже и волами от места его добычи у Аю-Дага.
Элементы романского стиля — башенки, узкие окна-бойницы — добавляют ему сходство со средневековым замком. Над главным входом находится родовой герб князей Гагариных с надписью на латыни: «В древности — сила». Наиболее выразительным является восточный фасад здания, обвитый виноградом.

Дворец Гагариной в Кучук-Ламбате. 1907-1910
Источник: https://pastvu.com/p/1044338

Строение с красной крышей украшают многочисленные угловые башенки, острые шпили. На внешних стенах можно заметить золотистую керамическую итальянскую плитку. Что интересно, ни одна из сторон постройки не повторяет другую.

В советское время во дворце располагался санаторий работников торговли. В настоящее время в нем размещается административный корпус санатория «Утёс».

Бланк почтовой открытки 1959 года. Заказ 10.1.59.
Источник: https://pastvu.com/p/295584

В начале ХХ столетия самый модный и успешный архитектор своего времени становится и любимым архитектором самого богатого россиянина – Феликса Юсупова. В частности именно для последнего Николай Краснов проектирует два имения: в Кореизе и в Коккозе (ныне с.Соколиное Бахчисарайского района). В 1909 г. архитектор перестроил «Розовый дом» в имении Кореиз. С тех пор его называют не иначе, как Юсуповский дворец.

Кокоз. Имение князя Ф. Ф. Юсупова, 1912

В 1908-1910 годах на юго-западной окраине деревни Коккозы (ныне — Соколиное Бахчисарайского района Крыма) возник целый загородный дворцовый комплекс князя Ф. Ф. Юсупова-старшего, графа Сумарокова-Эльстона: Охотничий дворец, мечеть, караван-сарай (постоялый двор). Н. П. Краснов, ориентируясь на стиль модерн, выбрал его восточный вариант, связав его с местной крымскотатарской архитектурой, навеянного образом Бахчисарайского ханского дворца. Архитектор в течение десяти лет участвовал в работе комиссии по реставрации Ханского дворца в Бахчисарае. Возглавлял комиссию великий князь Петр Николаевич Романов. Н.П. Краснов выполнял обмерные чертежи, эскизы деталей, фонтанов, собирал предметы национального быта и утвари, фотофиксировал татарские жилища. Итогом кропотливой работы комиссии стали пять альбомов.

В декоре Охотничьего дворца, парковых композициях, фонтанах зодчий использовал местные сюжеты из татарских легенд.

Единственный проект Краснова в Феодосии – вилла «Виктория» (другое название - "Отрада") расположена на Набережной города, имеет угловое расположение на пересечении ул. Революции и проспекта Айвазовского.

Возведение особняка началось в 1912 году для одного из представителей караимского купеческого рода Крымов. Двумя годами ранее по проекту Пискунова для семьи Крымов возведены дачи "Милос", "Вилла" и "Флора". Владелец дачи "Виктория" - Абрам Аронович Крым - об этом есть запись в биографическом справочнике Кто был кто в Феодосии и Феодосийском уезде, включая гостей. 1783 - 1-я треть XX в. : опыт биографического справочника / сост.: В. П. Купченко, Р. П. Хрулева. - Москва : Азбуковник, 2018. - С. 317:

4518. Крым, Абрам Аронович (1880-1975.II.4, Ницца), пот. поч. гр-н, оконч. феод. гимназию в 1898, пост. на юрфак. ИМУ. Влад. гастронома на Итальянской ул. в д. Азово-Донск. банка (1902) и виллы "Виктория" на Екатерининской ул. (1914).

Этого же владельца дачи называет архитектор Ю. Коломийченко в статье, опубликованной в газете "Победа" 6 октября 1988 года:

"Одно из таких сооружений особняк "Виктория", воздвигнутый А. А. Крымом"

В книге Коломийченко, Юрий Федорович. Феодосия. История и память : очерки, статьи, воспоминания / Юрий Коломийченко ; сост., предисл., подгот. текстов и коммент. Дмитрия Лосева. - Феодосия ; Москва : Коктебель, 2020. - С. 78, владение приписывается уже другому Крыму - Соломону Крыму, премьер-министру Крымского краевого правительства в 1919 г., богатому латифундисту, агроному, филантропу, инициатору создания и директору первой общественной библиотеки Феодосии.

В книге Караимы Феодосии: история, религия, культура / ред. и сост.: В. А. Ельяшевич, Б. М. Кизилов. - Симферополь ; Феодосия : Таврида, 2018. - С. 322-323, в списке "Караимы Феодосии в переписи населения 1920 г.) по проспекту Ленина (Екатерининский проспект) в списках владельцев домов Соломон Крым не значится, зато есть:

Крым Абрам Аронович / бывш) теперь Санкур занято учреждением Спортивный клуб детей трудящихся и Крым арон Абрамович / занято учреждением 4-я Советская школа.

Строительство здания было закончено в 1914 году, дату подтверждают римские цифры на фасаде дачи. Весь участок, через сложный рельеф огорожен забором из плотного известняка - ракушечника, что само собой является украшением, а так же выполняет функции подпорной стены.

Главный корпус - двухэтажное здание с подвалом и мезонином, сложное в плане и в архитектурно - пространственном решении объема. В оформлении дачи использованы мотивы романского зодчества, но безордерность, асимметричная компоновка масс, свободное размещение на фасадах новаторски трактованных архитектурных деталей дают основание рассматривать ее как образец творческого поиска в духе нового направления в архитектуре начала XX века — стиля модерн. Благодаря пропорциональному соподчинению разновеликих архитектурных элементов и стилевой гармонизации декора асимметрично расположенные фасадные плоскости и объёмы образуют единое целое. Главным фасадом здание обращено в сторону проспекта и набережной. Отличительной особенностью, определяющей архитектурный облик главного корпуса, является обильное применение лепного декора, включающего в себя элементы традиционных орнаментов Крымского Средневековья, мавританские мотивы.

Феодосия. Дача "Виктория"

Арочные проемы различного абриса, рустованная кладка, изысканная лепнина с геометрическими и цветочными орнаментами, полы и стены, что особенно важно в жарком климате, облицованные керамической плиткой. Акцентом южного и восточного фасадов является терраса с балконом, арки которой опираются на изящные колонны. Оконные проемы фасадов главного корпуса оформлены с использованием колонн - импостов, декорированных лепниной наличников и сандриков, портал главного входа украшен профилированным наличником с геометрическим орнаментом.

Благодаря мастеру-каменщику Яни Фока, приехавшему из Константинополя (Стамбул до 28 марта 1930 года) в Феодосию в поисках заработка, особняк ”Виктория” и имеет настолько грандиозный, впечатляющий вид.

На главном фасаде планировали разместить мозаику с панорамой Феодосийского залива. Ее заказали на специальной фабрике в Италии, заплатили огромные деньги, сделали, погрузили заказ на корабль и начали перевозить в Феодосию. Шел 1914, Первая мировая война. Корабль затонул, подорвавшись на мине. Поняв, что повторить панно уже не удастся по многим причинам, решили заменить мозаику красно-белой плиткой в шахматном порядке.

Дача Виктория выстроена в стиле средневековой испано-мавританской архитектуры с обилием лепнины, резьбы по камню. Работы по камню выполнил феодосийский мастер Яни Фока. Орнамент включает в себя элементы традиционных орнаментов крымского Средневековья.

Основная часть отделки пришлась на 1914 год. Но после начала Первой мировой войны, в сентябре рокового для России года, заказчик расторгнул контракт с архитектором и все средства, запланированные на окончание строительства виллы, направил на помощь семьям погибших и лечение раненых во время войны крымских солдат.

Дачи на Екатерининской набережной после окончания Гражданской войны были национализированы, и в 1921 году в них открыты санатории для рабочих, крестьян и детей. На вилле "Виктория долгое время располагался один из корпусов санатория "Восход".

Фото из книги "Город 25 веков" Издательство "Крым" 1971 г.

Дача "Виктория", 1930-е годы

В период Великой Отечественной войны, здание сильно пострадало. В частности, была полностью уничтожена башня.

Дача Виктория во время оккупации. 1942-1943

Фото из книги О.Н. Ольховатского о феодосийском санатории Министерства обороны и об истории Феодосии "Добрый приют. Прошлое и настоящее". - С. 201

Восстановление проводилось по проекту архитекторов Ю. Ф. Коломийченко и А. З. Коломийченко. В тяжелейших условиях послевоенной разрухи, при отсутствии оригинальных чертежей и дефиците средств Юрий Фёдорович и его коллеги совершили трудовой подвиг: за три года восстановили красивейшее здание Феодосии.

Дача "Виктория". Лечебный корпус санатория "Восход". 1974

В настоящий момент находится вилла "Виктория" находится в стадии реконструкции и ремонта. В перспективе (2026 год) - реализация музейно-выставочного проекта «Дворец Черного Моря».

Вилла "Виктория" в настоящее время. Источник: https://obshe.net/posts/id6586.html

В апреле 1919 года Николай Петрович, его жена Анна Михайловна, старшая дочь Ольга с мужем Леонидом Хорватом и маленьким сыном Владимиром, младшая дочь архитектора Вера покинули Крым. Три года семейство провело на Мальте, а в 1922 году перебралось в Белград. С 1922 года и до самой смерти в 1939 году архитектор Краснов жил в Белграде, в Королевстве сербов, хорватов, словенцев (с 1929 г. — Югославия), работал в Министерстве строительства, где руководил проектной группой монументальных сооружений. Он скончался 8 декабря 1939 года в возрасте 75 лет от рака легких. Его похоронили в русском секторе белградского кладбища, рядом с женой.

Извещение об этом было опубликовано в белградской газете «Политика» от 10 декабря:

«Николай П. Краснов, архитектор Русского Царского Двора и член Русской академии архитектуры, скончался 8 сего месяца в 14 часов пополудни после тяжелой болезни». Извещение подписали дочь Ольга Хорват, внук Владимир Хорват и другие родственники. Н.П. Краснов похоронен в русском секторе Белградского Нового кладбища, юго-восточнее Иверской часовни, рядом с женой Анной Михайловной, скончавшейся в 1930 году. На могиле — большой каменный крест с надписью: «Николай Петрович Краснов, академик архитектуры. 1864—1939».

7 августа 2015 года на набережной Ялты был открыт памятник архитектору. Памятник представляет собой фигуру Николая Краснова в полный рост, отлитую из бронзы, с папкой в руке. Автор проекта памятника - скульптор Сергей Никитин.

Читайте в Центральной городской библиотеке им. А. Грина

Книги

Архитектор Н. Краснов: известный и неизвестный : акварели и фотографии / Ялтин. ист.-лит. музей ; сост. О. П. Ткачук [и др.]. - 2-е изд., перераб. и доп. - Симферополь : Н. Оріанда, 2016. - 107, [1] с. : фот., ил.
Иногда, берясь за выполнение наиболее ответственных сооружений, зодчий представлял заказчику не только проект, но и акварель с цветным изображением будущего дома или парка. Так появились великолепные акварели Краснова, и мы видим новую грань его таланта, таланта художника. В акварелях Краснова и тонкое чувство цвета, и гармония, и композиция, и высочайший профессионализм, — это настоящие произведения искусства.

На акварелях — дворцы великих князей Дюльбер и Харакс, охотничий домик князя Ф.Юсупова в Коккозах, красавица Ливадия.
Белова, Светлана Леонидовна. Коккозы. Потерянный рай князей Юсуповых / Светлана Белова. - 2-е изд. - Симферополь : Н. Оріанда, 2015. - 86, [2] с. : ил. ; 17 см. - (Листая прошлого страницы). - Библиогр.: с. 72.
Калинин, Н. Н. Архитектор Высочайшего Двора : биография (Автобиография) / Н. Н. Калинин, А. Кадиевич, М. А. Земляниченко. - Симферополь : Бизнес-Информ, 2003. - 200 с. : ил.
Кашук, Лариса Аполлоновна. Сумароковы-Эльстоны, Юсуповы и Крым / Лариса Кашук. - Симферополь : Бизнес-Информ, 2014. - 256 с. : ил.

Статьи

Гаспра. Дворец "Харакс": Дом в шотландском вкусе // Крым. 30 замков и дворцов. - Харьков : Альбатрос, 2013. - С. 32-33 : цв. ил.
Земляниченко, Марина Александровна. Церковь Святой Нины и преображения Господня: Маленький архитектурный шедевр Южнобережья / М. А. Земляниченко, Н. Н. Калинин // Крымский альбом 2001. Историко-краеведческий и литературно-художественный альманах. - Феодосия - Москва : Издательский дом "Коктебель", 2022. - С. 74-82 : фот. - Библиогр. в конце ст.
Калинин, Николай. "Классный художник архитектуры Николай Краснов" / Н. Калинин, М. Земляниченко // Брега Тавриды. Избранное (1991-2016). - Симферополь : Таврида, 2016. - С. 326-341.
Коломийченко, Юрий Федорович.,Архитектор Особняк "Виктория" / Ю. Ф. Коломийченко // Победа. - 1988. - 6 окт. (№ 192). - С. 2 : фот. Аннотация: Дача "Виктория" Абрама Арновича Крыма на Екатерининской улице.
Коломоец П. "Архитектор Краснов - удивительный молодец" / П. Коломоец // Историческое наследие Крыма. - 2014. - С. 31-32.
Кореиз. Юсуповский дворец // Крым. 30 замков и дворцов. - Харьков : Альбатрос, 2013. - С. 38-39 : фот. цв.
Лепер, Константин. Реставрация дачи Стамболи / К. Лепер // Кафа. - 2017. - 27 июня. - С. 4 : фот. Аннотация: Ремонтно-реставрационные работы на объекте федерального значения проводятся по проекту ООО «АК-Проект». Заказчик реставрации –Администрация г. Феодосия. Производит реставрационные работы генподрядчик ООО «Ника», которому поручены работы и на башне Константина.
Ливадийский дворец // Крым. 30 замков и дворцов. - Харьков : Альбатрос, 2013. - С. 40-41 : фот. цв.
Лялюшина, Юлия. Утес. Пока горит Ламбат : Кучук-Ламбат / Ю. Лялюшина // Полуостров сокровищ : Крымский познавательный журнал. - 2018. - № 2. - С. 48-56 : фот. цв.
Мисхор. Дворец "Дюльбер": Сказочный дворец, надежный как крепость // Крым. 30 замков и дворцов. - Харьков : Альбатрос, 2013. - С. 30-31 : фот. цв.
Ремизова Е. И. О полифонии архитектуры Крыма / Е. И. Ремизова // Историческое наследие Крыма : сборник статей / Гос. комитет по охране культурного наследия Республики Крым. - Симферополь : Антиква, 2014. - С. 21-23.Аннотация: Архитектура Крыма ХIХ-ХХ вв. - уникальное явление, его творцами были известные русские и иностранные архитекторы.

Подготовила Т. Гурьева, главный библиограф

Феодосийская ЦБС

Мегаэнциклопедия Страны советов. Большой Советской энциклопедии - 100 лет

Мегаэнциклопедия Страны Советов. Большой Советской энциклопедии - 100 лет

Павел Иванович Голландский и его Крымская эпопея

Павел Иванович Голландский и его Крымская эпопея

Написанному в Крыму дебютному произведению Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» - 100 лет

Написанному в Крыму дебютному произведению Александра Беляева «Голова профессора Доуэля» - 100 лет

Библиография

«Ледяной дом» Ивана Лажечникова как символ царствования Анны Иоанновны

«Ледяной дом» Ивана Лажечникова как символ царствования Анны Иоанновны

190 лет (август) со времени выхода в свет романа

«…и в память обо мне, Айвазовском, завещаю (Галерею) городу Феодосии, моему родному городу…»

«…и в память обо мне, Айвазовском, завещаю (Галерею) городу Феодосии, моему родному городу…»

К 145-летию открытия картинной галереи И. К. Айвазовского (29 июля 1880)

Книги и статьи

Парусный корабль с комнатами-каютами, где родились лучшие романы Александра Грина

Парусный корабль с комнатами-каютами, где родились лучшие романы Александра Грина

Победители. Парад Победы 24 июня 1945 года

Победители. Парад Победы 24 июня 1945 года

Как Булгаков стал сатириком своей эпохи

Как Булгаков стал сатириком своей эпохи

Читайте в центральной городской библиотеке им. А. Грина

Портрет олигарха в интерьере советской фантастики: бизнес на страхе

Портрет олигарха в интерьере советской фантастики: бизнес на страхе

100 лет назад вышел из печати рассказ «Союз пяти» или «Семь дней, в которые был ограблен мир», сочиненный А. Н. Толстым.

Толстой, Алексей Николаевич (1882-1945). Союз пяти: рассказы / Алексей Толстой. — Ленинград : Государственное издательство, 1925. — 197 с.

Архитектор Высочайшего двора: Краснов Николай Петрович – творец знаменитых дворцов Крыма

Архитектор Высочайшего двора: Краснов Николай Петрович – творец знаменитых дворцов Крыма

5 декабря - 160 лет со дня рождения Н. П. Краснова (1864-1939)

Читайте в Центральной городской библиотеке им. А. Грина

Мегаэнциклопедия Страны Советов.
Большой Советской энциклопедии - 100 лет